Форум » Злодеяния врагов » Программа Лебенсборн » Ответить

Программа Лебенсборн

ljubasherstjuk: ЦВЕТЫ ЛЕБЕНСБОРНА Лебенсборн в переводе с немецкого означает «Источник жизни». Так назывался один из проектов Третьего рейха, в рамках которого нацистами проводились селекционные работы по превращению германской нации в расу господ. Долгом каждой немецкой девушки было рожать в браке или вне брака расово полноценных детей -- желательно, от «истинных арийцев» -- членов СС. Заодно по всей Европе люди из ведомства Гиммлера выискивали и отбирали детей с арийской внешностью и направляли для адаптации в «расово благонадежные» немецкие семьи. Что стало с воспитанниками Лебенсборна после окончания Второй мировой? Какую тайну хранила и хранит по сей день эта нацистская программа? На эти вопросы нам согласился ответить военный аналитик, член-корреспондент Академии изучения проблем национальной безопасности РФ, Руководитель Ситуационного центра НАСТ России, автор нашумевшей книги «Секретные генетические, финансовые, и разведывательные программы Третьего рейха» Александр Борисович РУДАКОВ. - Александр Борисович, ради чего нацисты создали Лебенсборн? Не могла же их целью быть исключительно красота немецкой нации... - Сегодня даже среди специалистов мало кто знает, что за пресловутой теорией о высшей расе и новых людях стояли серьезнейшие исследования и опыты. В недрах программы Лебенсборн должны были быть созданы первые идеальные люди будущего, люди новой расы. Именно для них и ради их будущего работала вся машина СС. В этой программе были и подпрограммы - очень закрытые структурные мероприятия, которые и сегодня не известны не только широкой общественности, но и большинству специалистов. Сама программа делилась на две части -- создание новой расы, которая с 2012 года начнет вытеснять с Земли всех прочих ее обитателей, и системы управленцев, в руки которых перейдет управление территориями. - Однако войну Гитлер проиграл, и этим планам не суждено было сбыться... - Это не так. Нацистам удалось задуманное. Программа была заложена в 1930-х годах, а в период с 1950-х по 1990-е дала свои первые результаты. Все территории, намеченные для захвата руководством Третьего рейха, контролируются сегодня орденом СС: дети, выращенные в программе Лебенсборн, пришли во власть и управляют не только финансовыми потоками, но и политическими и идеологическими комбинациями во всем мире. - В это, согласитесь, очень трудно поверить... - Возможно. Однако мэры городов, губернаторы, большие руководители в Европе и на постсоветском пространстве -- все это результат работы программы Лебенсборн. - Известно, что в рамках программы «Лебенсборн» несколько сотен тысяч детей были отняты от своих семей. Известно ли, кто и как становился избранным? - Приведу пример. Во время Великой Отечественной войны перед захватом Харькова немецкая агентура собрала все сведения о девушках определенного типа внешности, проживавших в городе. И как только дивизия СС вошла на территорию Харьковской области, зондеркоманды на мотоциклах объехали все адреса, собрали всех этих девушек в определенном месте и отдали в распоряжение элитных подразделений СС. Детей, родившихся от этого и подобного ему контактов немцы вместе с матерями переправляли в Германию, где им делалось переливание плазмы крови, предварительно заговоренной. Вот из этих малышей и растили будущую новую расу. Представители ордена СС, не используя прямых контактов, опекали их, снабжали деньгами и хорошими должностями... Так программа Ленбенсборн создала людей, взявших под контроль территории Европы и ряда государств бывшего СССР. - Выходит, нацисты заранее готовили тайных агентов влияния, чтобы осуществить захват мировой власти финансовым путем, если они проиграют войну? - Третий рейх родился из нескольких мистических тайных обществ, среди которых «Туле», «Аненэрбе», «Черное солнце», «Врил», «Тор», «Золотой круг» и «Берлинское общество». А цели тайных обществ всегда намного масштабнее, чем банальный военный захват мира... Как бы там ни было, у детей Лебенсборна было два пути: в случае военной победы Третьего рейха они становились элитой и хозяевами мира открыто, в случае поражения -- тайно, управляя народами через психотронное влияние на подсознание финансовые потоки и продажу технологий. Что, собственно, мы и наблюдаем сегодня. - Как же из детей готовили элиту для управления миром? - Это была многоуровневая система специальной подготовки, под которую были задействованы замки, принадлежащие СС. В момент расцвета у СС было 117 замков - это мистическое число, которое в своих эзотерических программах использовали еще древние жрецы инков. Каждый замок отвечал за свое направление. В одном из них готовили разведку для ВМФ, в другом - профессионалов по саботажу и диверсиям, в третьем - специалистов по психологической войне, в четвертом - ученых, в пятом - аристократическую элиту. Кстати, сегодня представители Третьего рейха породнились практически со всеми аристократическими родами Европы. Эта тема очень деликатная и закрытая, поэтому называть конкретные фамилии не буду... Ну и, разумеется, все банки, заводы, страховые учреждения, научные институты сегодня имеют номинальных хозяев, но подчиняются все тому же «Источнику жизни», в том числе сопровождая разведывательные, информационно-психологические и генетические программы ордена СС. - А почему обучение проходило именно в замках, а не в обычных интернатах или школах закрытого типа? -- Примерно такой же вопрос я задал ветерану политической разведки Третьего рейха Хайнцу Фельфе в 2006 году. И он объяснил, что замки были построены на местах силы -- то есть в местах выхода энергии, оказывающей мощнейшее воздействие на человека, его психику и способности. - Существует версия, что немцы создали не только тайных управленцев и аристократов, но и тайные базы для них, разбросанные по всему миру, в том числе и в Антарктиде. Как вы можете прокомментировать эту версию? - Тогда, после войны, новые немцы и в самом деле ушли на запасные базы, расположенные в Латинской Америке, Антарктиде, Индийском океане, на Ближнем и Среднем Востоке, в Средиземноморье. Именно поэтому сегодня в Германии так много эмигрантов из числа арабов и турок, которым никто особо не препятствует жить на «арийской» вроде бы территории. У последователей Третьего рейха и Черного ордена СС сейчас совсем другие задачи -- это управление глобальными финансовыми потоками, создание новых медицинских программ и видов вооружений, омоложение человека, продление его жизни. Очень важно, что этот орден не ставит перед собой задач воевать с современной Россией. - Весной 2007 года почти вся мировая пресса писала о серии уникальных книг аргентинского писателя Абеля Басти, который, проведя ряд исследований, с фактами в руках утверждал, что Адольф Гитлер и Ева Браун спаслись и еще долгие годы жили в разных уголках Южного полушария Земли. Однако эта версия хоть и вызвала широкий резонанс, но общественностью принята не была. Вы же в своей книге прямо утверждаете, что Гитлер дожил до 1981 года. Откуда вы черпали свои сведения? - Много лет работая в советских, а затем в российских спецслужбах, я по роду своей деятельности общался с разными уникальными людьми, в том числе бывшими руководителями Третьего рейха, сумевшими избежать Нюрнбергского трибунала. Так, собирая по крупицам оперативную информацию, источники которой я по понятным причинам называть не могу, я получил полную картину того, что произошло с главным злодеем ХХ столетия весной 1945 года. - Поделитесь информацией? - Охотно. Дело в том, что Адольф Гитлер с 1943 года не находился ни в Берлине, ни на территории Германии вообще. Все это время, до самого окончания войны, он пребывал на территории Польши в своей морской резиденции в замке Дарлоу. Вместо Гитлера выступали на демонстрациях, проводили совещания и военные советы его двойники, которых у фюрера было четверо. Это они ездили по Германии в бронированных эшелонах, это на них готовили покушения разведка США и Англии. А настоящий фюрер правил бал из своих польских подземных резиденций. В громадный комплекс ставок Гитлера входили 12 сухопутных и 12 морских баз. В своей книге я описываю только одну из них -- морскую ставку Дарлоу, в которой пребывал сам фюрер. Об остальных ставках, я думаю, говорить еще рано: они законсервированы, находятся в рабочем состоянии и представляют собой огромный интерес для науки. - Так все-таки успел бежать Адольф Гитлер весной 1945 года или нет? - Да! В апреле 1945 года Адольф Гитлер на подводной лодке новейшей конструкции вышел в море. Его сопровождали субмарины, оснащенные двигателями Вальтера, аналогов которым по сей день нет ни в Англии, ни в США, ни в России. Выйдя в Балтийское море из ангаров Дарлоу, лодки взяли курс на Канарские острова. Там у нацистов располагалась промежуточная база. Подлодка с важным гостем на борту посетила Западную Африку, а затем взяла курс на Аргентину. Там Адольфа со свитой успешно высадили на берег, а параллельно провели операцию прикрытия. Те, кто увлекается историей, знают, что после войны члены экипажей четырех немецких подводных лодок с номерами: U-534; U-465; U-530; U-977 сдались аргентинским властям. Многие из них не только рассказывали всем желающим, но и написали мемуары о том, как они вышли из портов Германии и пришли в Аргентину, но без верхушки Третьего рейха, которая решила остаться в Берлине. Эту дезинформацию они исправно и выдавали целых 65 лет... На базе в Аргентине Гитлер задержался не долго - через довольно короткий отрезок времени он перебрался на промежуточную базу на Гаити. А в 70-х годах (не хочу называть точную дату, поскольку живы еще участники той операции), Гитлер снова пересек океан и с базы в западной Африке был переправлен на Мальдивские острова, где располагалась основная подводно-подземная база. Там, на Мальдивских островах, он и умер своей смертью в 1981 году. - А как же Ева Браун? - К этому времени она уже давно умерла. Специально для Гитлера из Испании была привезена некая баронесса, ставшая второй супругой фюрера. Между прочим, на Мальдивы ее доставил где-то в 1974-75 году знаменитый Отто Скорцени, выкравший в свое время у союзников самого Бенитто Муссолини. Кстати, у баронессы и Гитлера родились дети. - Да он же к тому времени был глубокий старик! - Благодаря достижениям немецкой медицины он вполне мог иметь ребенка обычным путем. Я абсолютно точно знаю, что немецкие омолаживающие технологии вполне позволяли этого достичь. Беседовал Дмитрий СОКОЛОВ Содержание сайта: Основная страница Карта сайта НАСТ России Структура Ассамблея Президент Штаб-квартира Ситуационный центр Условия членства Документы ассоциации Регистр НАСТ Нагрудные знаки НАСТ История НАСТ Страница памяти Персоны-нон-грата Подготовка Темы занятий Наставники Базовый курс Личная охрана: спецкурсы Дистанционные курсы Профаудит Рейтинг команд Стандарт ТОР-9 Энциклопедия Открытые уроки Философия Ноокосмология Книги Архив Библиотека Вопросы и ответы Партнеры Ассоциации Форум НАСТ Альманах "Лубянка" Национальная ассоциация телохранителей (НАСТ) России. Copyright © 1995-2008 | Штаб-квартира http://nastrussia.ru/lebensborn.html

Ответов - 8

ljubasherstjuk: "Лебенсборн " ("Lebensborn" - "Источник жизни") разработанная рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером программа превращения германской нации в расу господ путем селекционного отбора. Лебенсборн ("Lebensborn" - "Источник жизни"), разработанная рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером программа превращения германской нации в расу господ путем селекционного отбора. Oфициальная идеология национал-социализма особо подчеркивала, что долгом немецких женщин является рожать расово полноценных детей независимо от того, рождены они в семье или вне брака. Немецким девушкам, особенно состоявшим в Союзе немецких девушек, постоянно напоминали об их долге перед Третьим рейхом. Поощрялась беременность от членов СС, как наиболее приемлемых и чистых в расовом и политическом отношении. Накануне родов девушек направляли в один из 12 специальных родильных домов, где им обеспечивали надлежащий медицинский уход. Программа «Лебенсборн» возникла не на ровном месте, она была частью более широкой нацистской политики «расовой чистоты», вызревавшей годами. Январь 1933. На волне обещаний укрепить германскую расу и очистить ее от «недостойных» элементов Гитлер приходит к власти в Германии. Май 1933. Нацисты законодательным путем запрещают арийским женщинам делать аборты. Женщины освобождаются от трудовой повинности и, независимо от семейного положения, поощряются к рождению как можно большего количества детей. В дальнейшем увеличение уровня рождаемости стимулируется предоставлением ссуд молодоженам, субсидиями на детей и официальными наградами «матерям-героиням», имеющим четверых и более детей. Бездетные пары подвергаются гонениям и клевете. Январь 1934. Начинается стерилизация более чем четырехсот тысяч человек, включая пациентов психиатрических клиник, проституток, преступников, некоторых бедняков и чернокожих немцев. Cентябрь 1935. Принимается закон о защите немецкой крови и чести, запрещающий немцам нееврейского происхождения иметь связи с евреями. Aвгуст 1936. Гиммлер открывает первый лебенсборнский дом в пригороде Мюнхена. Июль 1938. Новое брачное законодательство разрешает арийским женщинам вступать в брак в возрасте шестнадцати лет и упрощает процедуру развода в случае бесплодия партнеров. Oктябрь 1939. Запущена программа эвтаназии, в результате которой умерщвляются более ста тысяч умственно отсталых детей и взрослых. Год спустя в результате протестов со стороны церкви осуществление программы остановлено. Aпрель 1940. Нацисты оккупируют Норвегию. Лебенсборнские дома открываются в этой стране, а также во Франции, Бельгии и Люксембурге. Январь 1942. Ванзейская конференция формально узаконивает массовое организованное убийство миллионов евреев. Мишенью нацистской машины уничтожения становятся славяне, цыгане, гомосексуалисты и другие «нежелательные» лица. Март 1943. С целью борьбы со стремительно падающим уровнем рождаемости нацисты устанавливают смертную казнь для врачей, делающих аборты арийским женщинам. Май 1945. Капитуляция третьего рейха. Лебенсборнские дома расформированы союзническими войсками. Cама лебенсборнская программа была результатом обуявшей нацистов навязчивой идеи о расовом неравенстве. В немецких семьях в то время поощрялось наличие как можно большего количества детей. В 1933 году пришедшие к власти нацисты запретили арийским женщинам делать аборты. Затем подразделениями СС под руководством Гиммлера были построены двадцать домов «Лебенсборн» в самой Германии, а также в других европейских странах. Там истинные арийки имели возможность тайно производить на свет своих незаконнорожденных детей. В целях секретности сведения о родителях — отцами часто были офицеры СС — хранились в специальных папках отдельно от списков новорожденных, зарегистрированных в местном городском совете. Некоторые матери в дальнейшем сами воспитывали своих детей. Но сотни женщин, из-за боязни позора или по экономическим причинам, отдавали детей приемным родителям или просто оставляли. Эсесовцы, кроме того, похищали детей арийской внешности в Польше, Франции, Норвегии, Югославии и Чехословакии и на территории других оккупированных стран. Затем их привозили в лебенсборнские центры, воспитывали как немцев и передавали приемным родителям-нацистам. Наиболее трагично сложились судьбы этих детей в Норвегии. Нацисты были очень неравнодушны к норвежкам, в жилах которых текла кровь викингов. Поэтому после того как в 1940 году германские войска вторглись на территорию этой страны, командующие вермахта всячески побуждали солдат и офицеров к связям с норвежскими женщинами с целью рождения как можно большего количества «чистокровного» потомства. B итоге тысячи женщин прошли через дома «Лебенсборн». В послевоенное время как детям, так и их матерям пришлось испытать на себе весь гнев своих освобожденных соотечественников. Многие матери и дети подверглись унижениям и побоям, сотни детей оказались насильно загнаны в специальные интернаты. Oколо четырнадцати тысяч женщин, уличенных в связях с солдатами вермахта, были отправлены полицией в лагеря для интернированных. Главврач крупнейшей психиатрической больницы Норвегии заявил, что женщины, переспавшие с немецкими солдатами, являются «умственно отсталыми» и следовательно восемьдесят процентов их потомства тоже необходимо считать таковыми. Eщё во время существования "Lebensborn" о нём ходили слухи, будто его дома служат своего рода случными пунктами для эсэсовцев и подходящих по расовым критериям девушек. Говорили даже, что девушек принуждают вступать в половую связь с эсэсовцами. После войны эти слухи получили широкое распространение, и подобное можно часто прочитать в книгах или на сайтах, посвящённых СС. Однако эти слухи не имеют ничего общего с действительностью. http://ezoterik.page.by/lebensborn.html

ljubasherstjuk: Встреча детей Лебенсборн 19.11.2007 г. Дети Гиммлера. В немецком городе Вернигероде состоялась встреча людей, родившихся в рамках осуществления тайной этнической программы «Лебенсборн», которая существовала во времена Третьего рейха. Чтобы увеличить численность так называемой арийской расы, нацисты создали более двух десятков родильных домов не только в самой Германии, но также в Норвегии, Франции, Бельгии и Люксембурге. «Дети Лебенсборн» — так их называют до сих пор — по-прежнему стесняются своего прошлого и сторонятся внимания общественности. На свою встречу они пригласили только тех, кому особо доверяют. Из российских журналистов такое доверие было оказано лишь съёмочной группе нашего телеканала. Они мало кому рассказывают о своём происхождении. И крайне неохотно общаются с журналистами. На них и так часто пальцем показывали, а за спиной называли нацистами или детьми Гиммлера. Виолетта Валленборн: «В нас до сих пор живёт страх, ведь мы искалеченные дети. Редко кто из нас набирается храбрости рассказать всем, как и где он родился» Виолетта Валленборн появились на свет в результате нацистской программы «Лебенсборн», в переводе — «источник жизни». Дать жизнь как можно большему числу истинных арийцев было идеей рейхсфюрера СС Гиммлера. Он призвал незамужних немок отказаться от абортов и рожать в тайных приютах, оборудованных по последнему слову техники. Интимные связи с офицерами СС и гестапо поощрялись. Вот только самим женщинам предстояло сито отбора: евреек, цыганок или больных в специальные роддома «Лебенсборн» не допускали. Эти старинные, будто пряничные домики городка Вернигероде хранят горькие тайны таких экспериментов — в этом городе родились 1300 детей Гиммлера. Здесь, в Вернигероде, с историей проекта «Лебенсборн» связано чуть ли не каждое здание. Вот в этих двух белых строениях на горе, строго охраняемых эсэсовцами, рождались дети, которых нацисты считали будущим Третьего рейха. И если младенцы отвечали критериям арийской расы — были светловолосыми, голубоглазыми, а главное физически здоровыми, их переводили в специальный приют Лебенсборн». Остальных малышей отправляли — как это тогда называлось — на эвтаназию. Проще говоря — убивали. Маттиас Майснер, руководитель организации детей «Лебенсборн»: «Когда врач был ещё и начальником приюта, и чиновником загса, «отбракованных» детей вообще не регистрировали. Они просто не существовали» О том, кто их отцы, знают лишь единицы из двадцати с лишним тысяч ныне живущих детей Лебенсборн» Гизела Хайденрайх, писательница: «Своего родного отца я впервые встретила, когда повзрослела. И ужаснулась, когда поняла, кем он был на самом деле. Раньше никто не рассказывал мне о его эсэсовском прошлом» Эти редкие встречи — как групповая терапия. Кто из какого приюта, кому повезло найти родителей, и как вообще жить с таким прошлым. Им всегда есть о чём поговорить. Георг Лилиенталь, историк: «Организация «Лебенсборн» служила нацистам инструментом для их расовой политики: немкам они предлагали рожать, но одновременно привозили с оккупированных территорий детей с арийской внешностью» Именно такая внешность была у Фолькера Хайнеке. В 1941 году его, двухлетнего, вывезли в Германию из Крыма. Определили в спец-приют, а потом отдали на усыновление состоятельной паре из Гамбурга. Фолькер Хайнеке (Александр Литау): «Я рос в семье судовладельца. Большой дом, где живу и поныне, сад, домашние животные, бабушки-дедушки. Там я стал Фолькером и только позже узнал моё настоящее имя - Александр Литау. Сейчас я ищу своих родственников на Украине, а может быть, и в России» Постаревшие истинные арийцы говорят, что за жизнь много раз чувствовали себя по-настоящему несчастными людьми. В такие моменты вслух или про себя они посылали проклятья в адрес Гиммлера. За подаренное им детство. О. Огинская, С.Вильгельм РЕН ТВ http://politruk.info/index.php/Istoriya/Vstrecha-detey-Lebensborn.html

ljubasherstjuk: Пишет Екатерина Геронтиди (e_gerontidy) @ 2008-01-10 19:17:00 http://e-gerontidy.livejournal.com/84296.html Лебенсборн - бордель или ясли? Грядущее тысячелетнее господство рейха было сопряжено с войнами за расширение территории, lebensraum, если хотите. Добавьте к этому еще и процентное соотношение "недочеловеков" в странах, которые Германия завоевала и готовилась завоевать, по сравнению с живущими там же представителями "расы господ" и станет абсолютно понятно, почему одним из официальных постулатов нацистской демографической политики была идея "сохранения "каждой капли истинно немецкой крови". Скажем откровенно: разбрасываться было банально нечем. В этом, собственно, и состоит смысл проекта Лебенсборн, правда, отнюдь не в классическом понимании желтой прессы как "массовых случек эсэсовцев с чистокровными арийками" (цитата по поводу мифов о Лебенсборне от zina_korzina ) Согласно раскладкам идеологов, каждой семье "правильной крови" было необходимо обзаводиться минимум 4 детьми. Впрочем, подобные задачи правительства народ с массовым энтузиазмом выполнять не бросался. Основные программы стимуляции рождаемости в семьях были актуальны только для замужних женщин, за их бортом оставались девушки, не состоявшие в официальных браках. Чтобы понять, какое отношение к внебрачным детям было распространено в Германии 30-х, достаточно только посмотреть на баталии, развернувшиеся внутри самой НСДАП. Даже "Народный обозреватель", бывший вполне официальным печатным органом партии, писал, что ребенок, появившийся вне брака, по своему расовому значению вовсе не равен ребенку, рожденному в официальной семье. Огромный резонанс вызвал и приказ Гиммлера от 28 октября 1939 года, включавший в себя откровенный призыв ко всем женщинам рейха рожать вне зависимости от семейного положения : "...Выходя за границы, вероятно, в остальном необходимых гражданских законов и обычаев, высшей задачей немецких женщин и девушек хорошей крови (также и не состоящих в браке) может быть желание - не из легкомыслия, а по глубочайшей нравственной причине! - стать матерью детей отправляющегося на фронт солдата, о котором только одной судьбе известно, вернется ли он на родину или погибнет за Германию..." Однако ободряющие призывы оставались только лишь словами. Согласно закону, незаконнорожденный наследником не становился. Это и вытекающие из твердого взгляда общества на добрачные связи моральные (и материальные) проблемы матери-одиночки во многих случаях приводили "согрешившую" на аборт. Идея "если немецкий ребенок был зачат, он должен появиться на свет" пробуксовывала. Чтобы улучшить ситуацию в декабре 1935 года и был создан общественный союз Лебенсборн, с 1938 года напрямую подчинявшийся рейсфюреру СС. Лебенсборнская брошь матери с рунами: Лебен символизирует жизнь, сдвоенная Зиг являлась эмблемой СС, под чьим патронажем находилось общество. Примерный смысл надписи: "Каждая мать хорошей крови вносит священный вклад в наше дело" В его уставе были прописаны основные цели: 1. Поддерживать ценные с расовой и наследственно-биологической точки зрения многодетные семьи 2. После тщательной проверки служащими Главного управления СС по вопросам расы и поселений семьи матери и семьи производителя размещать в "Лебенсборн" и заботиться о наиболее ценных будущих матерях, дабы на свет появлялись не менее расово ценные дети 3. Заботиться об этих детях 4. Заботиться о матерях этих детей Дома Лебенсборна создавались в Германии (9), Австрии (3) и на территории покоренных стран: больше всего в Норвегии (9), по одному в Люксембурге, Польше, Бельгии, Франции, Нидерландах. В многих книгах цитируют Гиммлера, предполагавшего, что в дальнейшем одним из направлений деятельности организации станет именно сводничество, однако до воплощения в жизнь этих фантазий рейх не дожил. Все кочующие из статьи в статью слухи о борделях, в которых кроткие белокурые немки занимаются сексом со зловещими СС-овцами (зачастую еще и против своей воли), не что иное, как отголоски общественного возмущения по поводу выгораживания девиц сомнительной нравственности. Действительно, во многом программа Лебенсборн была ориентирована именно на них. Как сказала глава Лиги Немецких Девушек (BDM) Ютта Рюдигер (Jutta Rüdiger), "До этого рождение ребенка вне замужества было крайне постыдной вещью. Многие девушки предпочитали совершить самоубийство. Но здесь женщины могут родить в мире и покое, за матерью и ребенком присмотрят, а после помогут найти работу, которая даст им возможность содержать ребенка". По данным весьма приблизительной статистики, большая часть детей в домах Лебенсборна была рождена незамужними матерями, хотя и многие из жен эсэсовцев использовали их как комфортабельные роддомы. Созданные там условия были действительно отличными: отсутствие проблем с питанием даже в довольно тяжелые военные годы, комфортные палаты, профессиональный уход доброжелательного персонала. Но было бы ошибкой предполагать, что для попадания в этот "рай материнства" было достаточно простого желания беременной. После подачи заявления будущую мать проверяли на предмет "правильности расы" почти так же требовательно, как и желающего вступить в СС. (Правильнее было бы сказать, как желающую выйти замуж за эсэсовца, что было, учитывая патронов организации, логически абсолютно объяснимым). Необходимо было предоставить документы, подтверждающие чистоту крови матери и отца, желательно до того самого пресловутого 1800 года, и заполнить анкету с множеством вопросов, например, о наследственных болезнях и подробностях зачатия. Любая попытка сокрытия данных каралась автоматическим отказом. Именно в результате этих проверок отсеивалось более половины желающих. Прошедшие контроль помещались в один из домов Лебенсборна под опеку медсестер и акушерок. С ними проводили регулярные политические занятия, кормили по специально разработанному сбалансированному меню (например, Гиммлер обосновывал необходимость есть овсянку на примере английской аристократии), и даже разрешали по особым случаям принимать посетителей-мужчин, правда, согласно специальной директиве рейхсфюрера, персонал должен был следить за тем, чтобы им "можно было предложить чашку кофе, но нельзя было дать возможность для интимной близости”. Кормление детей. Ходили слухи, что не оправдавшие расовые ожидания умирали во младенчестве, но доказательств найдено не было. Аналогом церемонии крещения в христианстве в Лебенсборне была процедура наречения именем, проводимая офицером СС перед своеобразным алтарем, украшенным факелами, свастикой, флагами и портретами Гитлера. Называли детей именами, практически всегда имевшим древнегерманское происхождение, подчеркивающее арийскую кровь. Дети эсэсовцев получали при рождении серебряные кубки и ложки, произведенные на специальной фабрике недалеко от Мюнхена. За каждого четвертого ребенка, произведенного на свет, их матерям помимо материнского креста вручался серебряный подсвечник с выгравированной надписью "Ты только звено в бесконечной цепи поколений". Матери могли оставить ребенка себе или отдать на усыновление. Лебенсборн гарантировал анонимность этого решения для широкой общественности. Женщин запрещено было фотографировать, а документы о рождениях и усыновлениях снабжались грифом особой секретности и хранились отдельно от обычных записей актов гражданского состояния. По мере приближения границы фронта они перевозились подальше от зоны боевых действий, пока не были собраны в самом первом Лебенсборне, в Штайнхеринге. Именно там большая часть бумаг была не то сожжена сотрудниками перед приходом союзников, не то выброшена в реку. После войны выяснить многие данные, в том числе по поступившим в дома по программе "германизации" было уже невозможно. Именно поэтому возникает и большой разброс в общих цифрах. Несмотря на грандиозные планы Гиммлера, что за год Лебенсборн поможет спасти как минимум 100 тысяч жизней от абортов, всего за все время существования проекта по оценкам ученых через него прошло 20 тысяч (максимальная цифра, которая называлась - 90 тысяч) детей. Не исключено, для многих из тех, в чьих венах текла немецкая кровь, избавление от документов было и удачей. В Норвегии архивы не были уничтожены и рожденные от интернациональных связей дети (а их только по официальной статистике было порядка 9 тысяч) попали под пресс общественной ненависти. Глава самой крупной в стране психиатрической лечебницы заявил, что у тех, кто добровольно имел отношения с немецкими солдатами, были психические отклонения, в связи с чем и подавляющее большинство их потомства должно быть умственно отсталым. За связи с немцами было арестовано около 14 тысяч норвежек, примерно 5 тысяч были отправлены в лагеря. На протяжении долгих лет отношение к плодам военных романов было ужасным . Лишь несколько лет назад премьер-министр Норвегии официально принес извинения за несправедливость. Анна-Фрида Лингстад, одна из солисток группы ABBA, родилась в ноябре 1945 года от любовной связи девятнадцатилетней норвежки и немецкого солдата. Вскоре после рождения девочки ее семья была вынуждена переехать в Швецию. Со своим отцом Анна-Фрида впервые увиделась только в 1977 году. Но у, казалось бы, вполне безобидного по применяемым для выполнения масштабной программы средствам Лебенсборна была и другая, темная, сторона. Вторым направлением работы организации стало "огерманивание" путем адаптации в благонадежных немецких семьях "расово приемлемых детей" с оккупированных территорий. В англоязычном интернете этот снимок фигурирует на нескольких сайтах с комментарием "Фотография, найденная у немецкого солдата, изображает похищение ребенка в Польше(?)" Судя по качеству, изображать она может еще много чего. По разным источникам, для этой цели до 200 тысяч детей были вывезены из Польши и до 50 тысяч из Украины и Прибалтийских стран. (Лично мне это число представляется несколько преувеличенным, тем более, что точные документы не попадались. У А.Васильева вообще представлено мнение, что эта часть проекта провалилась из-за того, что на усыновление детей такого происхождения немцы шли неохотно, поэтому цифры надо сокращать в тысячи раз) Меньше четверти из них после завершения войны вернулись к своим родителям в Польшу. А многим и возвращаться было некуда: например, после расстрела в 1942 году членов Сопротивления в Словении почти все их дети были отправлены на адаптацию. Современная книга для школьников об одиннадцатилетней Миладе из Лидиц, после карательной операции фашистов ставшей одной из отправленных в приемную семью детей. Главная героиня - не реальная личность, а вымышленный персонаж. По вполне понятным причинам для "германизации" выбирали детей более младшего возраста, однако история основана на действительных событиях. Из 105 чешских детей, проживавших до ночи на 10 июня 1942 года в чешской деревушке, уничтоженной в качестве демонстрационного акта возмездия за покушение на Гейдриха, было отобрано немногим более 20. 17 из них дожили до окончания войны. В Нюрнберге был вынесен приговор по Лебенсборну. Признавалось, что дома общества существовали задолго до войны и являлись учреждениями социального обеспечения для замужних и в особенности незамужних матерей. За отсутствием доказательств снималось обвинение в организации похищений детей-сирот с оккупированных территорий, резюмируя, что Лебенсборн наилучшим образом заботился о попадавших в программу усыновления по приказу других организаций. Арестованные врачи и медсестры были освобождены. С высших чинов СС, так или иначе причастных к проекту, сняли обвинение по этому пункту, оставив лишь, что они виновны в сиротстве детей как офицеры, принадлежащие к преступной организации. виновны в сиротстве детей как офицеры, принадлежащие к преступной организации.

ljubasherstjuk: 05 мая, 2009 | Владимир РОЩУПКИН ТАЙНЫ ПРОЕКТА «ЛЕБЕНСБОРН» (1242) Его жертвами стали малолетние югославы и дети других славянских народов В июле 1942 года из Верхней Крайны и Нижней Штирии (Словения), областей бывшей Югославии, были вывезены в Германию около 600 детей в возрасте от 6 до 12 лет. Это были дети, чьи отцы за помощь партизанам были расстреляны, а матери отправлены в концентрационные лагеря. О ходе операции, ее исполнители докладывали лично рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру. Именно по его приказу и была проведена упомянутая эсэсовская акция. Позднее аналогичные акции были проведены и в отношении детей других оккупированных гитлеровцами европейских стране. Но об этом – ниже. Какая же взаимосвязь существовала между детьми из бывшей Югославии и шефом главного управления имперской безопасности? Вывоз в пределы рейха сотен тысяч детей, насильственно отнятых от своих семей, был организован в рамках специального проекта «Lebensborn» («Источник жизни»). Он имеет прямое отношение к так называемой организации «Мать и дитя» («Mutter und Kind»), созданной 75 лет назад, в 1934 году. Она давала матерям-одиночкам возможность рожать детей в приютах, где после родов государство брало на себя уход за матерью и ребенком. «Мать и дитя» была одним из звеньев официальной нацистской демографической политики. Именно эта организация стала предтечей проекта «Лебенсборн», разработанного по приказу Гиммлера в конце 1935 года. Проект был поставлен на службу безумным расовым представлениям Гитлера и Гиммлера. Им предусматривалось создание особо «чистой» «нордической расы» путем селекционного отбора. Преследовалась и сугубо практическая цель: верхушка «третьего рейха», обеспокоенная низкой рождаемостью и большим числом абортов в Германии, стремилась к эффективному воспроизводству солдат для вермахта. Были созданы специальные заведения, чтобы женщины дарили фюреру именно «арийское потомство». При этом оба родителя должны были полностью соответствовать всем критериям «нордической расы», выдвигаемым расовыми экспертами рейха. Особо поощрялась беременность от членов СС, которые охотно выполняли миссию «осеменителей». В годы Второй мировой войны (1939 – 1945) важнейшей функцией «Лебенсборна» стала насильственная переправка детей из оккупированных стран в рейх и их онемечивание. С этой целью во исполнение приказа Гиммлера на захваченных территориях искали и отбирали детей с арийской внешностью. Немецкий историк Фолькер Кооп (Volker Koop) подчеркивает, что в массовом порядке первыми жертвами программы «Лебенсборн» стали польские дети. Ибо Гиммлер и его приспешники стремились «германизировать» Польшу и полностью уничтожить самобытность поляков. Детям давали новые, немецкие имена, а дату рождения в документах ставили произвольно. Местом же рождения писали Познань, так как чаще всего именно в этом городе эмиссары «Лебенсборна» забирали польских детей. Таким образом, происхождение польских малолетних жертв этой программы было полностью скрыто. По данным Варшавы, всего в годы войны в Германию были насильственно вывезены от 150 до 200 тыс. польских детей. Подобная практика осуществлялась и на оккупированных территориях Белоруссии, Украины Чехии и России. Ведь многие дети в этих славянских странах были голубоглазыми и светловолосыми, то есть отвечали требованиям отбора «способных к онемечиванию». Их изучали на предмет «расовой чистоты», помещали в лагеря и приюты и вывозили в Германию. Там согласно проекту «Лебенсборн» их окончательно онемечивали и нацифицировали в приютах, а затем отдавали в нацистские семьи. Практиковался и другой вариант: детей передавали на военные заводы и в подразделения местной ПВО. А как же русские дети? По данным исследователей, даже в 1944 году, когда под натиском Красной Армии отступление вермахта на Восточном фронте приняло необратимый характер, айнзацгруппы СС искали «способных к онемечиванию» русских детей, после кровавых расправ СС оставшихся без крова и без родителей. Особый разговор – о Норвегии. Солдаты и офицеры 400-тысячной оккупационной армии, находившиеся на норвежской территории более 6 лет (апрель 1940-го – май 1945гг.) получили приказ быть «дружелюбными» по отношению к местному населению, в особенности к женщинам. Откуда вдруг такой «гуманизм»? Дело в том, что в потомках викингов Гиммлер и СС усматривали особенную этническую близость к немцам. Так что норвежские женщины, по мнению знатока расовой проблемы Гиммлера, были «подходящим материалом» для воспроизведения «арийских» детей. С 1940 по 1945 годы в домах «лебенсборн» у норвежских матерей от немецких солдат родилось около 12 тысяч детей. Для родов и размещения младенцев было оборудовано девять таких домов. В этих домах матери рожали анонимно. Тем не менее после войны такие дети, как правило, оказывались на своей родине изгоями. Во время одной из поездок в Норвегию мне рассказала историю, имеющую прямое отношение к данной теме. Одна из солисток знаменитой шведской группы АББА, Фрида Лингстад, – дитя «лебенсборна». Дело в том, что она наполовину норвежка, ее отец – капитан вермахта Алфред Хазе. Она родилась уже в конце войны. После того как Норвегия в мае 1945 года была освобождена от немецкой оккупации (к слову, последней из европейских стран), 17-летняя мать Фриды, Сини Лингстад, вместе с дочерью вынуждена была переехать в соседнюю Швецию. Там антинемецкие настроения не проявлялись, ибо в годы войны страна остававшейся нейтральной. Сама же Фрида узнала о том, что ее отец был офицером вермахта, достаточно поздно, уже на взлете своей популярности… В свое время госпоже Сини Лингстад сообщили, что отец ее дочери погиб во время морского перехода в Северном море. Однако, предприняв самостоятельные поиски, Фрида сумела разыскать отца. Но их встреча, мягко говоря, не была теплой. Больше они никогда не встречались… Судьба Фриды Лингстад сложилась достаточно благополучно. Чего не скажешь о десятках тысяч детей из Белоруссии, Польши, России, Украины, Чехии, Югославии, вывезенных по программе «Лебенсборн» в гитлеровскую Германию. Их заставили забыть родной язык, родителей, родину. Многим из них сегодня уже за семьдесят. Но, как говорят психологи, этим людям по ночам до сих пор снятся сны, где они жили совсем в другой жизни… http://www.psj.ru/saver_national/detail.php?ID=16826

ljubasherstjuk: Дети Гитлера / Общество Им, истинным арийцам, предстояло населять Европу и управлять ею Торжественная церемония: офицер СС дает имя лебенсборнскому младенцу. (Фото: Bundesarchiv) С раннего детства Хельгу Карау не оставляло ощущение, что с ней что-то не так. Хельга родилась в нацистской Германии в самом начале Второй мировой войны, и о первых годах ее жизни у нее остались смутные воспоминания - изысканная обстановка, важные особы в отутюженных мундирах, жизнь в довольстве и комфорте. Насколько Хельге было известно, ее мать выполняла обязанности секретаря в двух канцеляриях: советника Гитлера Мартина Бормана и шефа пропаганды Йозефа Геббельса. Матильда Карау больше ничего не рассказывала дочери о том времени. Лишь после ее смерти в 1993 году Хельга начала изучать семейное прошлое. То, что ей удалось выяснить, повергло ее в ужас. Ее родители были едва знакомы. Мать Хельги, убежденная нацистка, и ее будущий отец, офицер вермахта, познакомились в Берлине в июне 1940 года на торжестве по случаю победы над Францией. Они провели вместе всего одну ночь, и через девять месяцев Матильда произвела на свет ребенка в родильном доме Лебенсборн (в переводе с немецкого "источник жизни") под Мюнхеном. Эсэсовцы Генриха Гиммлера создавали такие дома на территории оккупированной Европы для ухода за незамужними беременными женщинами, чьи расовые признаки - светлые волосы, голубые глаза, чистота крови - соответствовали нацистскому идеалу истинного арийца. Появившись на свет, Хельга была причислена к избранникам фюрера, поколению расово чистых детей, которым предназначено было населить территорию немецкой империи - тысячелетнего рейха, властвующего над покоренной Европой. Когда Хельге было полгода, мать вернулась в Берлин к месту службы - в канцелярию Геббельса, а ребенка оставила на попечение высокопоставленного сотрудника гестапо. Первые годы жизни Хельги прошли в оккупированной нацистами Польше, в немецком военном городке близ Лодзи. Здесь под руководством ее приемного отца в расположенном неподалеку концлагере Челмно в газовых камерах были уничтожены тысячи евреев. В конце войны Хельгу перевезли в разбомбленный Мюнхен, и там она впервые оказалась на попечении у своей матери. Теперь, когда она пытается собрать воедино разрозненные фрагменты жизни тех лет, ее мучают угрызения совести. "До четырех лет меня растили и воспитывали представители нацистской элиты, - вспоминает Хельга. - Я жила с убийцами". Хельга Карау только после смерти своей матери Матильды в 1993 году узнала, что при рождении была причислена к избранникам фюрера, поколению расово чистых людей. Хельге Карау и еще тысячам европейцев средних лет приходится переживать последствия одного из самых опасных социальных экспериментов - эксперимента по созданию "высшей расы". За 12 лет существования Третьего рейха около десяти тысяч младенцев появились на свет в родильных домах Лебенсборн на территории Германии, примерно столько же - в оккупированной Норвегии после вторжения туда немцев в 1940 году: Гиммлер ценил "кровь викингов" и поощрял связи германских солдат с норвежками. Но дома Лебенсборн были и во Франции, и в Бельгии, и в Люксембурге. После войны многие лебенсборнские дети были вынуждены жить с ярлыками "нацистских выкормышей" и пребывать в неизвестности относительно своего происхождения. Те, кто пытался что-либо узнать, часто сталкивались с решительным нежеланием соотечественников вспоминать свое нацистское прошлое. Настоящие или приемные родители этих детей не желают говорить о программе Лебенсборн, а немецкие средства массовой информации не поднимали тему расовых экспериментов Гиммлера на протяжении нескольких десятилетий. К тому же тысячи архивных записей, касающихся программы Лебенсборн, были уничтожены в последние дни войны войсками СС, что весьма затрудняет точное установление личностей детей и их родителей. И все же тайна некоторых из двадцати тысяч лебенсборнских детей, возможно, разъяснится. В декабре прошлого года немецкие журналисты обнаружили в государственном архиве Берлина около тысячи затерянных лебенсборнских дел, а в Норвегии сегодня действуют две организации, помогающие тем, кто родился в годы войны в норвежских домах Лебенсборн, отыскать своих настоящих родителей. Идея домов Лебенсборн восходит непосредственно к одному из основных постулатов нацистской идеологии: если немецкий ребенок был зачат, он должен появиться на свет. В 1933 году новый режим запретил арийским женщинам делать аборты и ввел смертную казнь для врачей, нарушавших запрет. В августе 1936-го Гиммлер открыл в Штайнхеринге, в окрестностях Мюнхена, первый родильный дом Лебенсборн, предоставив арийским женщинам возможность в тайне от всех производить на свет своих незаконнорожденных детей. Части СС основали девять таких домов на территории Германии, переоборудуя отели, виллы, горные шале и школы, и десять в Норвегии. Имена матерей заносились в строго секретные досье, которые СС хранило отдельно от записей, сделанных в обычных муниципальных и церковных регистрационных книгах. Имена отцов иногда вовсе не указывались. Некоторые женщины оставляли в конце концов детей у себя, но сотни других из чувства стыда или из-за нужды отдавали их на усыновление в семьи высокопоставленных эсэсовцев или просто бросали. Гиммлер не гнушался никакими средствами ради достижения своей безумной цели - умножения представителей высшей германской расы. Службы СС организовывали похищения детей арийского типа в Польше и на других оккупированных территориях и через весь Третий рейх везли их в центры Лебенсборн, где их "онемечивали", а затем передавали приемным родителям из числа членов нацистской партии. От детей с врожденными дефектами администрация Лебенсборна избавлялась: иногда их отправляли в клиники для безнадежно больных, где младенцев умерщвляли ядом или морили голодом. Командование вермахта призывало рядовых солдат, служивших в Норвегии, оплодотворять как можно больше норвежских женщин, и многие норвежки охотно соглашались вынашивать будущих арийцев. Преуспевавшим в производстве детей эсэсовцам Гиммлер предлагал повышение по службе. Глава СС лично входил во все хозяйственные мелочи в жизни родильных домов в Норвегии и Германии, совершал инспекционные поездки и даже разработал особую белковую диету для левенсборнских детей. К весне 1945 года тысячелетний рейх рухнул, а вместе с ним и гиммлеровский план приумножения высшей расы. Конец нацистского режима должен был иметь серьезные последствия для тысяч маленьких детей, брошенных теперь на произвол судьбы. Весной 1945-го, по мере продвижения войск союзников в Германии, эсэсовцы спешно закрывали один родильный дом за другим, свозя сотни детей вместе с их секретными папками в главный дом в Штайнхеринг. В начале мая туда вошли американские части. Согласно одной из версий, штурмовики успели перед бегством разложить огромный костер, в котором сожгли все документы. Другая версия утверждает, что американцы отрезали нацистам путь отступления к горам, в ходе боя бумаги были выброшены в реку Изар. Так или иначе возможность установить личности детей была утрачена навсегда. Еще более горькой должна была быть участь детей в Норвегии. Там эсэсовцы не успели уничтожить лебенсборнские документы, и после капитуляции Третьего рейха 8 мая 1945 года на тысячи женщин и их детей обрушился гнев их освобожденных соотечественников. Их оскорбляли и избивали, школьные учителя, одноклассники и соседи обзывали их "нацистскими свиньями". Полиция отправила 14 тысяч женщин, вступавших в связь с немецкими солдатами, в лагеря для интернированных. Глава самой крупной в Норвегии психиатрической лечебницы заявил, что у тех, кто имел отношения с немецкими солдатами, были "психические отклонения" и 80 процентов их потомства должно быть умственно отсталым. Пауль Хансен прожил с этим ярлыком большую часть своей жизни. Он стал плодом мимолетной связи летчика "Люфтваффе" и местной уборщицы, которая отказалась от ребенка сразу после его рождения. Хансен, которому сейчас 57, провел первые три года своей жизни в относительном благополучии в доме Лебенсборн к северу от Осло. Все, по его словам, изменилось после окончания войны - из-за его немецкого происхождения. Хансена перевели в сборный пункт для лебенсборнских отказных детей. Мальчик, страдавший эпилепсией, был передан в этот центр для усыновления. Кроме него там находилось еще 20 лебенсборнских детей, но центр не смог найти для них приемных семей. Чиновники министерства по социальным вопросам объявили, что немецкие дети-полукровки страдают умственной отсталостью, и распределили их по психиатрическим клиникам. Хансен помнит, как его оскорбляли и избивали охранники, помнит ночи, проведенные в загаженных палатах, под безумные вопли товарищей по несчастью. "Я говорил им: я не сумасшедший, выпустите меня отсюда, - рассказывает он. - Но меня никто не слушал". Из клиники Хансен вышел лишь в 22 года. Он нашел себе крохотную квартирку и работу на заводе и начал искать своих родителей. Лебенсборнские документы в норвежских архивах были недоступны, однако при помощи норвежского бюро Армии спасения Хансену удалось выяснить, что его отец умер в Германии в 1952 году. Его мать вышла замуж за другого солдата вермахта и жила в Восточной Германии в городке Пазевальк. В 1965 году он отправился на встречу с ней, ехал на поезде и пароме и помнит, как волновался, подходя к ее дому. Но воссоединение не состоялось. "Я надеялся, что она раскроет мне свои объятья и скажет: "Сынок!" Но ей до меня не было никакого дела, - вспоминает Хансен. - Когда я сказал, что провел свою жизнь в сумасшедшем доме, она ответила: "Ну и что? Не ты один!" Хансен ушел и больше к матери не ездил. Последние годы принесли Хансену малую толику утешения. Он женился, но брак его продлился недолго: после многих лет, проведенных в клиниках, ему было трудно жить вместе с кем-либо. И все же теперь его жизнь стала более или менее сносной: как говорит он сам, это оттого, что все большее число выходцев из норвежских домов Лебенсборн решаются открыто говорить о своем прошлом, делясь воспоминаниями о пережитом с такими же, как они. Хансен признается, что обрел "новых братьев и сестер" благодаря своему членству в группе психологической поддержки. После того как недавно архивы Лебенсборна были рассекречены, многим детям войны удалось узнать правду о своем происхождении. В феврале этого года Хансен и еще шестеро выходцев из домов Лебенсборн выступили с иском против государства, требуя многомиллионной компенсации за десятилетия жестокого обращения. В канун Нового года премьер-министр Норвегии Хьель Магне Бунтевик, похоже, признал ответственность своего правительства и впервые публично принес извинения за "притеснения и беззакония", творившиеся в отношении детей войны. А вот тревоги Хельги Карау еще не кончились. Живя с матерью в послевоенном Мюнхене, она часто интересовалась своим происхождением. "Я была крупная, светловолосая, то, что называется арийского типа, и очень отличалась от южных немцев. Поэтому все спрашивали меня, откуда я приехала, - вспоминает Хельга. - Я не знала, что отвечать им". Мать скрывала от нее правду, говоря только, что ее отец был военным и погиб во время Второй мировой войны. И вот однажды вечером в середине 70-х она увидела по телевидению немецкий документальный фильм о программе Лебенсборн и о детском доме в Штайнхеринге, который опекало СС. Неожиданно "все встало на свои места", вспоминает Хельга. И все же она не решалась ни о чем спрашивать свою мать: "Я боялась. И мне не хотелось с ней ссориться". Однако после смерти Матильды Карау в 1993 году Хельга отправилась в местечко Пуллах неподалеку от Мюнхена, где когда-то жили ее приемные родители и где ныне расположена штаб-квартира немецкой разведслужбы. Здесь она ознакомилась с нацистскими архивами, из которых и узнала правду о своем приемном отце и о тех преступлениях, которые он совершил, претворяя в жизнь "окончательное решение еврейского вопроса". Хельга не вылезала из библиотек, знакомясь с немногочисленными исследованиями о программе Лебенсборн. Последние кусочки головоломки обнаружились в 1994 году, в день ее рождения. Ей позвонил человек, представившийся ее настоящим отцом. Для Хельги это было потрясением. "Я спросила его: "Почему вы звоните мне через 53 года?" Ему было уже за 80, он был болен раком, и он сказал, что в последнее время все чаще думает о дочери, которая родилась у него в годы войны. На следующий день они встретились. "Он был очень милый, - вспоминает Хельга, - я полюбила его с первого взгляда". Отец рассказал Хельге о ночи любви, проведенной с ее матерью, о своей военной службе в оккупированном Париже и карьере торговца недвижимостью после войны. "Он стал миллионером", - рассказывает Хельга. Когда отцу стало хуже, она круглые сутки ухаживала за ним и надеялась унаследовать хотя бы часть его состояния. Но когда отец умер в 1996 году, Хельга получила письмо из адвокатской конторы, оповещающее, что ей не оставлено ничего. Незаконнорожденное дитя Лебенсборна не имело прав на наследство. "Все, что мне перепало, это долги", - говорит Хельга. В прошедшие четыре года хоть какой-то отдушиной для нее были беседы с подругой-психологом, посвященные детским годам Хельги. Она несколько раз посетила то место, где родилась - первый дом Лебенсборн в Штайнхеринге. Но и по сей день Хельга Карау никак не может примириться со своим прошлым. В отличие от Норвегии, в Германии нет никаких групп поддержки для выходцев из Лебенсборна, а у немецкого общества нет желания обсуждать эту проблему. Хельга все еще опасается, что ее могут посчитать нацисткой только потому, что она, по ее собственным словам, "росла рядом с убийцами". Во время беседы с корреспондентом "Ньюсуика" в одной из гостиниц в центре Мюнхена она заметно нервничала, замирая каждый раз, когда слово "Лебенсборн" звучало слишком громко, и настаивала на том, чтобы разговор о ее прошлом велся только в недоступной для посторонних ушей и глаз кабинке. "Мне до сих пор стыдно, что я родом из Лебенсборна", - признается она. Этот стыд - горькое наследие, доставшееся от нацистов тем, кто, по их мнению, должен был править миром. (Печатается с сокращениями) Джошуа Хаммер (Newsweek) http://www.itogi.ru/archive/2000/19/111771.html

ljubasherstjuk: Дети фюрера Гиммлер требовал, чтобы немецкая кровь не разбазаривалась, произнеся знаменитую фразу: "Чтобы завоевать мир, мы должны произвести немецкую кровь... Солдаты СС должны довести количество детей в своих семьях до не менее четырех, с тем расчетом, что если двое из них погибнут в боях, оставшиеся в живых будут нести оружие". Аборты были объявлены вне закона, а врачи, осмелившиеся на это, приговаривались к смертной казни. Мужьям был разрешен свободный, без проволочек, развод с бесплодными женами Oт переводчика. Впервые я узнал о том, что нацисты пытались вывести людей "особой, арийской, нордической расы", еще будучи десяти-двенадцатилетним ребенком, после просмотра по телевидению бессмертного двухсерийного документального фильма Михаила Ромма "Обыкновенный фашизм". Вспомнить об этом пришлось уже позже - в середине 1980-х, после просмотра в рамках очередного международного фестиваля (такие фильмы с синхропереводом попадали и в бакинские кинотеатры) американского художественного фильма "Мальчики из Бразилии" по сценарию Айры Левина, снятого режиссером Фрэнклином Шаффнером в жанре фантастики с элементами детектива. Убежденный нацист врач-преступник Йозеф Менгеле (впервые такое чудовище сыграл Грегори Пек) задумывает спустя много лет после окончания Второй мировой войны вывести из протоплазмы "почившего в бозе" фюрера новую расу людей - расу Гитлеров, для чего поначалу он собирает в джунглях Южной Америки команду преданных ему исполнителей для подготовки крупномасштабного теракта - серии убийств ученых пожилого возраста в разных странах мира. По следам "Ангела смерти" Менгеле шел один из таких ученых - доктор Симон Визенталь( артист Лоуренс Оливье), знаменитый охотник за нацистскими преступниками. Сразу же после просмотра фильма я написал небольшую рецензию в местной рекламно-информационной газете "Новости кино", дав броский заголовок - "Чрево еще плодовито..." В 1980-е годы у автора этих строк не было столь обширных знаний ни о масштабности Катастрофы европейского еврейства, ни о самом Визентале. Вспомнил я обо всем этом далеко не случайно, прочитав буквально на днях развернутую статью, подготовленную для читателей приложения "Шива йамим" ("7 дней") израильской газеты "Едиот ахронот" журналистами Зеэвом Авраами и Керстен Грейсхабер. Перевод ее считаю необходимым представить и русскоязычному читателю. "Я верю, что наша кровь - самая лучшая кровь в мире, она завоюет Вселенную. И через несколько столетий она останется лучшей..." Так или примерно так заявил рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер 29 февраля 1940 года. ...Фольке Родер живет в двухкомнатной квартире на третьем этаже на Крайфельдштрассе в районе Моабит на северо-западе Берлина. Этот район предназначен для эмигрантов и репатриантов, для тех, кто прибывает в Германию и начинает жизнь "с чистого листа". Когда мы вышли на остановке, у нас осталось еще несколько минут до встречи с ним. Решили зайти на почту. "Отсюда путь займет у вас примерно семь с половиной минут", - сказал нам некий господин, по внешности весьма напоминающий грека, а женщина, которую мы приняли по акценту за аргентинку, уточнила, что место "находится примерно в ста двенадцати метрах отсюда". Если бы "великая программа" Гиммлера стала бы явью, Фольке Родер мог бы гордиться "микроскопической" дотошностью и точностью этих объяснений, но если бы она и в самом деле воплотилась в жизнь, то сама наша встреча с подобными жителями в Берлине, как и, впрочем, само его посещение, были бы просто невозможны. Все это происходит лишь благодаря тому, что она, эта "программа", лопнула. Сейчас у пенсионера Фольке Родера, разменявшего седьмой десяток, как и у тысяч пенсионеров во всем мире, есть возможность осмыслить прошлое. А ему еще надо суметь освободиться от переживаний. Разве не страшно осознавать, что твой отец был омерзительный убийца, палач, биологические родители никогда не были женаты и ты был усыновлен с младенческого возраста? Фольке не был плодом любви, а лишь частью "партии младенцев", оставленных для воспроизводства "господствующей расы". Однако квинтэссенция всех его переживаний прозвучала в его последней фразе, которую он произнес, прикуривая сигарету: "Вы совсем не представляете себе, что значит продолжать жить со знанием того, что был произведен на свет в качестве "подарка Гитлеру"!" Похищение детей Генрих Гиммлер, глава СС, второй человек в иерархии Третьего рейха, бывший одним из ответственных за Ванзейскую конференцию и ее решения, касающиеся "еврейского вопроса", был полон планов, касающихся будущего нацизма и того, что называется "германизацией", установлением "расы господ". С приходом к власти в 1933 году нацистской партии была узаконена насильственная стерилизация тех, кто, по мнению нацистов, не должен был продолжать свой род, - это проститутки, душевнобольные, цыгане, инвалиды и т. д. Тогда вышел и закон, запрещающий половые отношения между евреями и немецкими женщинами. В 1935 году, после принятия расовых законов, известных истории как Нюрнбергские, Гиммлер начал разрабатывать программу выведения "особого сорта" германцев - представителей арийской расы, получившей название "Лебенсборн" - "Источник жизни". Женщины, родившие ребенка вне брака, были запятнаны в глазах консервативного немецкого общества, и 800 тысяч из них предпочли бы сделать аборт вместо того, чтобы носить это пятно. Гиммлер же потребовал, чтобы немецкая кровь не разбазаривалась, произнеся знаменитую фразу: "Чтобы завоевать мир, мы должны произвести немецкую кровь... Солдаты СС должны довести количество детей в своих семьях до не менее четырех, с тем расчетом, что если двое из них погибнут в боях, оставшиеся в живых будут нести оружие". Аборты были объявлены вне закона, а врачи, осмелившиеся на это, приговаривались к смертной казни. Мужьям был разрешен свободный, без проволочек, развод с бесплодными женами. Но чтобы придать решению проблемы приличествующий вид, в предместье Мюнхена под вывеской "социального проекта" был создан первый дом "Лебенсборн" (кстати, в бывшем доме писателя Томаса Манна, бежавшего и нашедшего убежище в Калифорнии). Позже были возведены восемь таких же домов в Германии, десять в Норвегии и еще отделения во Франции, Бельгии и Люксембурге. И лишь в Голландии и Дании, которые оказали более активное сопротивление захватчикам, не было домов "Лебенсборн". Эти дома были пожертвованы теми, кто поддерживал нацистскую партию, а часть была экспроприирована у отправленных на смерть евреев. На этот проект по выведению "нордической расы" сдавал взносы каждый член СС. Все, связанное с проектом "Лебенсборн", исходило от Гиммлера. Так, 28 октября 1939 года он заявил, что согласно законам общества у незамужних немецких женщин и девушек с хорошей арийской кровью есть обязанность стать матерями вне замужества и рожать вне обычных родильных домов, а в спецучреждениях. А отцами их детей должны стать солдаты, которых будут присылать для этой цели. На первом этапе в эти дома, возведенные (кроме одного) в лесной зоне и скрытые от посторонних глаз, были вселены незамужние беременные женщины, в том числе изгнанные из собственных домов. Для участия в проекте они должны были заполнить анкеты о чистоте крови и предоставить родословную на не менее чем два поколения предков. Сведения давались о состоянии их здоровья, отсутствии генетических наследственных заболеваний и всевозможных изъянов, а также о том, что биологический отец будущего ребенка соответствует определенным критериям: солдат СС, голубоглазый блондин, без малейших подозрений на примесь еврейской крови. Женщины должны были предоставить сведения об отце для проверки, а те, кто не знал имени или отказывался дать информацию, автоматически выбывали из числа участниц проекта. После того как приемная комиссия одобряла кандидатуру, женщина прибывала в "Лебенсборн", где ее опекали медсестры и акушерки. Она числилась год на службе под покровительством партии. После рождения мать продолжала "работу" на месте до тех пор, пока ребенок не передавался для усыновления в специально выбранную для этого семью. Документы обо всем этом снабжались грифом особой секретности и сохранялись в особых помещениях, отдельно от записей актов гражданского состояния, сделанных в церквях или госучреждениях. Так что даже в официальных документах нацистского периода практически не было никаких сведений об этих детях. На более позднем этапе, в годы начавшейся Второй мировой войны, сюда, в "Лебенсборн" посылали солдат СС в краткосрочные отпуска с фронтов для проведения всего одной ночи (!) с женщинами, способными в тот момент к зачатию. Часть солдат СС имела контакты с женщинами в завоеванных странах. Так, в Норвегии родилось 12 тысяч детей, в то время как в Германии всего 8 тысяч. Это соответствовало планам Гиммлера, и он одобрил, например, браки полумиллиона своих солдат СС с норвежками, на родине потомков викингов. Для брака с немкой такого одобрения не требовалось. В программе "Лебенсборн" была и малая толика детей из Восточной Европы в возрасте не более двух лет, подходящих по параметрам расовой теории. "Мне неинтересна такая деталь, русские они или чехи, если эти люди могут дать достойное пополнение нашей крови. Если надо, мы выкрадем их детей и воспитаем в нашей стране", - так сказал Гиммлер в 1943 году в Польше. Похищенных детей привозили в Германию, там их подвергали проверкам по сорока семи параметрам (сорок из которых касались формы и размеров черепа!), чтобы решить, близки ли они арийской расе. Тех, кто не подошел, отправляли в концлагеря, отравляли газом или убивали голодом. Так было похищено не менее 250 тысяч детей, и лишь десятки вернулись домой после войны... "Ко мне относились, как к животному..." Салон скромной квартирки Фольке Родера типичен для мелких европейских буржуа: стереосистема, телевизор с большим экраном, широкий диван, письменный стол с компьютером, сканер, средства коммуникации, необходимые для продолжения исследований своей истории детства и правды о родителях и связи с себе подобными, другими "детьми "Лебенсборна". Две полки его книжного шкафа уставлены литературой о диктаторах, фашизме, протоколами Нюрнбергского процесса над нацистскими военными преступниками и всевозможными биографическими материалами о Гитлере. Между книжными шкафами стоит дополнительный столик, на котором расположен портрет биологического отца Фольке в деревянной, обрамленной траурной каймой, рамке. Садясь за обеденный стол в салоне, Фольке по нескольку раз в день спрашивает его: "Отец, что ты наделал? Зачем мне все это?.." "Я родился 4 февраля 1944 года в одном из домов "Лебенсборн", где двумя годами ранее родилась моя сестра. Моя мать, родив меня вне брака, немедленно передала меня на усыновление, и в возрасте года меня и других детей вывезли в другое место, чтоб мы не попали в руки русских. Мать видела меня в последний раз, когда мне исполнился год". Усыновившая его семья привезла его в Ганновер, город на северо-западе Германии, где он прожил почти 11 лет, и там начался для него второй круг кошмаров: "Они лгали мне обо всем, я не был похож на их собственных детей, и относились ко мне, как к животному". Когда ему было 12 лет, в дом пришло письмо из Восточной Германии, и оно было адресовано ему. Письмо было от сестры. Спустя полтора дня, когда семья отказалась отдать ему письмо, он вытащил из кошелька отца банкноту в сто марок и бежал из дому, захватив письмо. Доехав в поезде до ближайшего города, он, придя в гостиницу, назвался сыном богатых родителей из Гамбурга и попросил забронировать номер, сказав, что они прибудут сюда лишь завтра. Это был, вспоминал он, своего рода жест отчаяния. Только несколько километров отделяли городок от Берлина, Родера от сестры, его от его корней. Но деньги иссякли, его выбросили из гостиницы, из полиции позвонили его родителям. Его забрали, вернули в Ганновер и бросили в приют для "проблемных" детей. В 1962 году, после шести лет заключения, он послал письмо сестре, и она ответила, что учится в университете в том же городе, где живет мать. Она написала ему, что человек, женившийся на матери после его рождения, не захотел забрать ни его, ни ее, и мать отступилась от них. Спустя чуть более суток после получения письма он сбежал с двумя детьми, родившимися в Восточной Германии, которые обещали переправить его через забор. Они сели в поезд в Западный Берлин. Когда пограничники из Восточной Германии спросили его, куда он следует, он ответил, что к другу, на улицу Молер, которая действительно там находилась, и ему разрешили продолжать путь. "Мы пытались пробраться в Восточный Берлин, что было очень странно, так как все пытались сделать как раз наоборот, попасть в Западный, - вспоминает Родер. - Мы должны были проехать всего четыре остановки". Родер подошел к полицейскому и сказал, что он хочет увидеть сестру, а тот схватил его и повел в комнату следователей "Штази", а оттуда после короткого допроса его отвезли в грузовике туда, куда отвозили всех, кто просился из Западной Германии в Восточную. "Нам дали еду и одеяла и объяснили, что мы должны встать в семь утра и работать во имя строительства новой Германии". Через две недели его вызвали и сказали, что у него нет права находиться на территории Восточной Германии, доставили в машине и с двумя офицерами "Штази" к экспрессу, идущему на запад, а когда он прибыл без документов и без вещей, уже западная полиция его арестовала. Свое 19-летие Родер встретил в тюрьме. Наутро прибыла машина, которая отвезла его в тот же сиротский приют в Ганновер... Отец был грязный убийца... Примерно так же складывалась жизнь почти у всех детей "Лебенсборна". Это мучительный путь поисков своей семьи, родных, корней, осознания своего "я" в этом мире. Чтобы освободиться от кошмара дома сирот, Родер ушел в немецкую армию на два года. Когда демобилизовался, вернулся в Ганновер, устроился на работу в компанию "Сименс" и в возрасте 22 лет впервые познал женщину. Спустя девять месяцев у него родилась дочь. "Я был полным дебилом и понятия не имел, что такое быть отцом, но решил жениться". Компания "Сименс" перевела его в Берлин. "Я связался с коммунистами и участвовал в беспорядках 1968 года, обитал в коммуне группе людей, которая пробовала жить другой жизнью, внутри которой господствовали наркотики и секс". Его жена не примкнула к нему, и в 1971 году они развелись. В 1976 году Фольке женился вновь, и у него родилась еще одна дочь, но его неспособность жить семейной жизнью вновь привела к разводу. В последующие годы он вел уроки труда для заключенных, а потом перешел на работу с детьми, которых родители не могли забирать домой после окончания работы детсада. В дома, возведенные в лесной зоне, был вселены незамужние беременные женщины, в том числе изгнанные из собственных домов. Для участия в проекте они должны были заполнить анкеты о чистоте крови и предоставить родословную на не менее чем два поколения предков "Тогда было много матерей-одиночек в Берлине, и я стал своего рода "мульти-папой", - сказал Родер без иронии. - Я был чемпионом мира по смене подгузников". 25 лет жизни Родера прошли в попытках стереть прошлое из сердца. В 1994 году он встретил свою третью жену, с которой у него сложились нормальные взаимоотношения. Она заставила его вернуться в городок, где он вырос, и посетить свое прошлое. День, когда он решил вернуться в город своего детства, помнит весь мир -11 сентября 2001 года. Он пришел в муниципалитет и спросил, есть ли там документы, которые могут пролить свет на его прошлое, и получил свидетельство о своем рождении. В документах значилось, что его мать еще жива и находится в доме для престарелых в том же городе. "Меня бросало в жар и холод, и ноги сами понесли меня к ней, хотя я и не знал, где находится этот дом престарелых. Меня отправили на пятый этаж, и я объяснил медсестре проблему: мол, я сын проживающей здесь старушки, которая никогда в жизни меня не видела. Медсестра затрепетала и сказала, что проверит. Она вернулась, я взял за руку жену, и мы вошли в комнату. Мать тоже взяла меня за руку, и я подумал о двух вещах: о тропинке к своему прошлому и что все не сможет оставаться для меня, как было прежде. Мать сказала мне слова, которые ошеломили меня: "Ну вот и ты..." Она сказала их так, будто все эти годы меня ждала. Но я до сих пор в это не верю". В тот день он впервые произнес слово "мама". Он сказал ей, что пришел только познакомиться с ней, а не попрекать прошлым, и через 45 минут ушел. "Было страшно осознать, что ты - дитя "Лебенсборна", "подарок Гитлеру", рожденный для сохранения расы и чтобы сменить солдат, погибших в России..." Он обнаружил, что его отец, Вильгельм Фольксштадт, из Ростока в составе полицейского батальона шел из одной завоеванной страны в другую и очищал их от евреев: кого сажал в "поезд смерти", а кого убивал выстрелом в голову. У Родера произошел тяжелый кризис. Он не понимал, кто он - жертва или виновный. "Все, что касалось "детей "Лебенсборна", тщательно скрывалось, и правда, пробившаяся благодаря документальным фильмам, привела меня на грань помешательства". Родер возвращался к матери пять или шесть раз, во время одной из встреч к нему присоединилась его сестра, учительница, живущая в Восточной Германии в одном из городов на берегу Балтийского моря. "Каждый раз, когда я собирался ехать к матери, я говорил себе, что я спрошу ее, почему она меня бросила, почему сломала мне жизнь, но когда приезжал, видел старую женщину с холодными глазами, которая мне совсем чужая. И я отступил..." Сегодня Фольке порвал со своей сестрой, "которая не хочет принимать всей правды и желает приукрасить образ нашего отца, грязного убийцы". А с ним, в свою очередь, прервала связь дочь от первого брака, когда Фольке рассказал ей о своем истинном происхождении. В музее, недавно основанном в доме "Лебенсборн", он получил еще и фотографию, полностью проясняющую жуткую картину - младенец Фольке Родер на церемонии своего погружения в купель, заполненную кровью заключенных в Дахау, а сзади него - флаг со свастикой. Сейчас Фольке Родер сидит за компьютером и изучает прошлое, пытаясь понять то, что на самом деле нельзя понять. Иногда он выступает с лекциями перед учащимися и старается объяснить им и, возможно, самому себе дилемму свою и каждого такого ребенка, как он, -как можно было быть частью жизни нацистского режима и одновременно жертвой его? Как можно объяснить, что он был лишь невинное дитя, а его отцом являлся один из самых страшных людей, которых знал XX век? "Я ничего не могу требовать от страны, потому что отец был частью того, что происходило с этой страной", - подчеркивает он. Ему не на кого гневаться. - Но ведь вы гневаетесь. Вы кричите, сидя напротив фотографии умершего отца, вы роетесь в книгах и архивах. Зачем? - Иногда я в самом деле думаю, что я - мазохист, что во мне идет третья мировая война и я всегда побежден. И я говорю себе, что мать лишь дала мне жизнь и я не могу быть по отношению к ней жестоким, какой она была по отношению ко мне. Я удовлетворяюсь тем, что она мне рассказывает об отце, какой он был красивый и с чувством юмора. И снова возвращаюсь домой, к своим страданиям... "Мы делали то, что делали молодые женщины..." Сорокадвухлетний Матиус Мейснер выглядит как классический клерк из Восточной Германии: отутюженная рубашка, галстук, костюм. Он отвечает за туризм и культуру района. В городе 17 процентов населения безработные, молодежи здесь скучно, и туристам здесь просто нечего делать, если не считать туристским объектом "Макдональдс". В середине 1990-х годов скучающая молодежь начала все больше и больше интересоваться ролью Гитлера, и Мейснер выбил деньги под проект, цель которого - раскрыть молодежи глаза на то, что обещали наци в 1933 году, и к чему Германия пришла в 1945-м. "Собирали материалы, и таким образом всплыл "Лебенсборн". Мы в Восточной Германии вообще этими проблемами периода нацизма не занимались, не знали, что это название может рассказать..." Когда собранные, словно частицы мозаики, материалы раскрыли полную картину, Мейснер тут же дал объявление, в котором просил всех, кто так или иначе что-то знает о "Лебенсборне", установить с ним связь. Спустя день позвонила первая женщина из "детей "Лебенсборна", затем еще один, и колесо завертелось. Мейснер открыл в доме выставку, которая в настоящее время закрывается, потому что дом будет продан в частные руки, как и другие оставшиеся из этих домов. Он - последний. Стены комнат выкрашены в белый цвет, полы выстланы линолеумом, дом чем-то напоминает израильскую больничную кассу. Он выполнял свои функции в рамках "Лебенсборна" с 1937 по 1945 год под надзором акушерки Иды Матисон, а после закрытия и до 2000 года был детским домом. За 8 лет в нем родилось 1100 детей, лишь два процента - смертные случаи. "Однако вполне вероятно, что процент смертности был выше, у нас нет об этом документов, но мы знаем, что "неподходящие по параметрам" дети были уничтожены, посланы на смерть или использовались для медицинских экспериментов", - говорит Мейснер. Дом сегодня выглядит так же, как и на архивном фото 1960-х. На стенах висят регламентировавшие деятельность "Лебенсборна" документы СС, подписанные Гиммлером, в которых говорится, что надо делать и как. Тут и диетическое меню для рожениц, и газеты того периода, и объявления в духе: "Каждая женщина с хорошей кровью хороша для нас", и фотографии довольных, счастливых, породистых лиц в больших семьях. Под стеклами витрин - сотни фотографий родившихся в доме детей, медсестер, акушерок и врачей, фотографии Гиммлера - крестного отца детей, которые родились в день его рождения, фотография девочки, которая проходит церемонию омовения в купели СС (с кровью!). До сегодняшнего дня выставку посетили 2000 человек, 40 из них - те, кто здесь родился. Но когда Фольке Родер попросил мать поехать вместе с ним на выставку, она отказалась. Ализе Вайгельт 85 лет, она работала в этом доме с 1938 по 1939 год. Вайгельт работала помощницей на кухне, уборщицей и кастеляншей. "Я очень любила здешнюю работу, была молода, как все, каталась на лошадях, здесь было много посетителей - офицеров вермахта и СС, которые приезжали посмотреть на своих детей или брали на усыновление, и мы были их новыми любовницами, даже тогда, когда они не смотрели на нас", - вспоминает она. Когда она увидела объявление Майснера в газете, она ответила только под давлением мужа. Она помнит, что почти шестьдесят процентов женщин были не замужем, почти все прибыли сюда на первых месяцах беременности. Она сидит под огромным плакатом "Дайте ребенка фюреру!" и вспоминает, как ей было тогда странно видеть столько женщин, которые приходят родить и уходят. Была одна мать, которая упрямо старалась сохранить своего ребенка, но потом отказалась. Это никогда не казалось ей странным, может и потому, что в Восточной Германии никто не говорил об этом. Даже сегодня, сейчас ей не кажется странным, что многие женщины желали отдать своих детей "в подарок Гитлеру", и этот период для нее был достаточно комфортным. "Мы делали то, что должны делать молодые женщины, сами знаете..." Годы в психиатрической лечебнице У Изольды Друбе нет приятных впечатлений от возвращения домой, нет хороших, добрых воспоминаний. Она с самого начала знала, что родилась в доме, который все называли "домом СС". "В глубине души я знала, что я - жертва, но то, что я наблюдала, заставляло меня ощущать свою вину. Ночью накануне открытия выставки я очень нервничала и решила, что приду сюда лишь как посетительница. Все, что я обнаружила и узнала, привело меня к мысли, что я должна была быть в этом мире только продолжением чистой расы. Жизнь заставляла унижаться, заискивать и доказывать, что я в этом не виновна, была лишь младенцем". Поначалу Друбе сердилась на мать, как и Родер, но сегодня, как и он, не находит сил сердиться на нее. "Я думаю, что она хотела всего самого лучшего для меня", - объясняет она. Как Родер и остальные "дети Лебенсборна", она до сих пор не хочет поверить, что она плод любви, возможно, одной ночи. Она показывает фото, на котором снята младенцем на церемонии, где она сжимает рукой меч на фоне развернутого флага со свастикой, что означает принятие на службу СС. Это единственное фото, которое оставила ей мать. С ним она ложится спать и говорит себе, что утром хочет не подняться. В комнатах музея - кровати того периода, покрывала, даже детская коляска. Одна комната посвящена проекту "Лебенсборн" с фотографиями детишек из захваченных стран Восточной Европы. Полкомнаты отдано под фотографии из Норвегии. В конце войны детей из Норвегии ждала особо жестокая участь. К ним относились как к незаконнорожденным немцам. Норвежцы старались отослать их в Германию, чтобы та приняла и абсорбировала их. Норвежек же, которые согласились переспать с немцами - солдатами СС, признали душевнобольными, поэтому руководители страны признали и их детей ненормальными и отправили их в психиатрические лечебницы. Поль Хансен, один из таких детей, прожил до 22 лет в психиатрической лечебнице, среди тех, кто не мог сам одеваться и есть. Искалеченная жизнь, невозможность построить дружеские отношения и семью... Он пытался найти свою мать, и когда в 1965 году постучал в дверь, услышал голоса ее других детей. Он пытался рассказать ей о бедах, перенесенных в больницах для умалишенных, но услышал от нее: "Ну и что? Ты не один такой". В то время как немецкие "дети "Лебенсборна", как Фольке Родер и его друзья, мучаются дилеммой, кто они - жертвы или преступники, норвежские объединились и подали судебный иск против государства. У них были трудности со сбором документов, но в 2000 году президент Норвегии дал указание, чтобы об этой категории стали заботиться как о жертвах войны. В Германии обстановка иная. Проблема "лебенсборнских детей" была поднята лишь в последнее десятилетие благодаря падению Берлинской стены, открытию архивов и обращениям к ним тех "детей", кто сегодня уже достиг пенсионного возраста и "вытаскивает" правду на поверхность. Насилие не передается по наследству 29 мая 1945 года, спустя шесть недель после прихода американцев, родился последний "ребенок "Лебенсборна". Руководителям проекта удалось скрыть документы, прежде чем они попали в руки американцев, которые не поняли, для чего эти дома предназначены, и приняли версию, что они принадлежат благотворительной организации, помогающей незамужним матерям. Арестованный в 1946 году медперсонал проекта - врачи и медсестры - был освобожден. В том же году в Нюрнберге судили главарей СС, так или иначе причастных к проекту. Их обвиняли по трем категориям, но судьи освободили их от обвинения в участии в проекте "Лебенсборн", оставив лишь третье - они виновны в сиротстве детей как офицеры, принадлежащие к преступной организации СС. Нюрнбергский трибунал принял версию, согласно которой "Лебенсборн" был... благотворительной организацией, защищавшей интересы незамужних матерей перед лицом пуританского общества. Вскоре после выхода в 1996 году книги Даниэля Гольдхагена "Добровольные палачи Гитлера" вокруг нее в Германии начался спор. По утверждению Гольдхагена, нацизм - это результат не только сложившейся социально-экономической обстановки. Причины его более глубоки, они - в немецких генах. Родера спросили, не движет ли им желание насилия, не опасается ли он, что получил нацизм и желание совершать насилие как генетическое наследие отца-убийцы. Он ответил, что наиболее сильно это чувство проявляется в нем, когда ему задают этот вопрос. На встречах и в беседах, которые он организует с другими "детьми "Лебенсборна", он видит, что насилие им не свойственно. Несмотря на перенесенное сиротство, трудности в установлении межличностных связей, отсутствие родительского тепла и позднее образование, чувство вины и жертвы одновременно, у них нет тяги к насилию, а скорее наоборот - многие из них участвуют в социальных проектах помощи ближним. "Наша организация сейчас занята подготовкой ежегодной встречи, которая пройдет в октябре, - рассказывает Родер. - Снова ирония судьбы - встреча детей, которым предназначалось стать продолжателями господствующей расы, состоится в том месте, где уничтожались другие дети, считавшиеся нацистами расово неполноценными, а значит, жизни недостойными..." Зеэв Авраами, Керстен Грейсхабер Перевод Григория Рейхмана

Tanaka: Спасибо, Люб. Я слышала про "Лебенсборн", но слышала и то, что среди таких детей оказалось странно много - сильно больше нормы - умственно отсталых. Ну и кто лучше - немцы или норвежцы? Страх приемных родителей Фольке мне понятен, а вот действия норвежцев после войны - вообще дикость.

ljubasherstjuk: Конечно, дикость



полная версия страницы