Форум » Опубликовано... » Стихи о войне » Ответить

Стихи о войне

Лера Григ: Питерский Романтик. Никто не забыт, и ничто не забыто, У вас седина, память бомбами взрыта, Ведь вы воевали за наших детей, За Родину мать и своих матерей. Никто не забыт, и ничто не забыто, Под флагом кричали, фашисты, вам бита, И вы, те кто выжил, под Курском, Москвой, Кто шёл до Берлина, пусть жизнь вам - покой. Колотят вас раны, кто умер, в могиле, Но мы не забудем и мы не забыли, И вечный курган, тех кто умер в боях, Кто дрался за нас, позабыв боль и страх. Никто не забыт, и ничто не забыто, 100 грамм фронтовых, и душа снова квита, Вы вспомните всех, этот день - ветеранов, Ведь вы закрывали свободою раны. Герои войны, те кто лез в амбразуры, Кто пули ловил, кто не выжил - уснули, И холм порастёт, именами покрыто, Никто не забыт, и ничто не забыто.

Ответов - 255, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 All

Дарья: Надежда пишет: Эта хрестоматия 1990 года издания; красная, на обложке, вроде, дети у вечного огня. Мне очень нравится эта книга: там много текстов о войне, про "молодую гвардию" тоже есть. Ага, я впервые про МГ именно там прочла! Клёёёва!

Надежда: Как интересно, Даш! Я во 2-м классе по ней и училась. Ты ,наверно, тоже.

Дарья: Надежда пишет: Я во 2-м классе по ней и училась. Ты ,наверно, тоже. Возможно. Я плохо помню. Есть вероятность, что книга перешла ко мне от старшего брата и я по ней не училась, т.к. эта книга мне встречалась через несколько лет, а значит, была нашей домашней. В общем, не помню А помню про МГ из этой хрестоматии: там листовка была и момент из книги, как листовки распространяли на базаре!

Аннет: Вы помните ещё сухость в горле, Когда бряцая голой силой зла, Навстречу нам горланили и пёрли И осень шагом испытаний шла? Но правота была такой оградой, Которой уступал любой доспех. Всё воплотила участь Ленинграда. Стеной стоял он на глазах у всех. И вот пришло заветное мгновенье: Он разорвал осадное кольцо. И целый мир,столпившись в отдаленьи, В восторге смотрит на его лицо. Как он велик!Какой бессмертный жребий! Как входит в цепь легенд его звено! Всё,что возможно на земле и в небе, Им вынесено и совершено. Б.Пастернак "Победитель" январь 1944.

Алена: А мне очень нравится Геннадий Шпаликов: Городок провинциальный, Летняя жара, На площадке танцевальной Музыка с утра. Рио- Рита, Рио- Рита, Вертится фокстрот, На площадке танцевальной Сорок первый год. Ничего. Что немцы в Польше, Но сильна страна, Через месяц - и не больше - Кончится война. Рио- Рита, Рио- Рита, Вертится фокстрот, На площадке танцевальной Сорок первый год.

Люба Шерстюк: Девочки, какие Вы молодцы!

Алексей: Лола пишет: Меня это тоже так раздражало... В Польше я такого не замечаю... Это потому, что поляки - нация!

Дряннов: Алексей пишет: Это потому, что поляки - нация! Особенно, когда надо Россию и русских оплевать, тогда они -нация...Как красноармейцев пленных морить - нация! А как против немцев партизанить - так надо два года ждать, пока те на русских не напали...Разговоры о сносе памятников в Польше забыли? Скоро эта НАЦИЯ всё обещанное сделает ...Самые слабые из славян -это поляки...Но это так, оффтоп... А как вот такие стихи про славян: Курганами славы покрыта родная равнина. И Днепр, и Морава, и Висла, и Волга-река. Ты лжешь, чужеземец, что медленна кровь славянина, Что в грозные годы душа славянина кротка. От нас убегали монгольские орды Мамая. Солдат Бонапарта мы в наших снегах погребли, На полчища Гитлера кованый меч поднимая, Мы грудью прикрыли просторы славянской земли. От Волги и Дона до Савы, Моравы и Дравы Коврами цветов мы над пеплом покроем луга. Могилы славян вознесутся курганами славы, И пахаря плуг разровняет могилы врага. Алексей Сурков, 1941 г.

Дряннов: А вот ещё одно стихотворение...Заметьте, что написано оно было в... 1940 г., но оказалось пророческим Сквозь ночь, и дождь, и ветер, щёки режущий, Урок суровый на ходу уча, Уходит лондонец в своё бомбоубежище, Плед по асфальту мокрый волоча. В его кармане - холодок ключа От комнат, ставших мусором колючим. ... Мы свой урок ещё на картах учим, Но снится нам экзамен по ночам. Николай Тихонов, октябрь 1940 г.

Люба Шерстюк: Потрясающе...Спасибо!

Елизавета: Очень люблю творчество Константина Симонова. Как стихи, так и прозу. "Живые и мертвые" перечитывала, бессчетное количество раз. Ну, а из стихов моё самое любимое это: Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины, Как шли бесконечные, злые дожди, Как кринки несли нам усталые женщины, Прижав, как детей, от дождя их к груди, Как слезы они вытирали украдкою, Как вслед нам шептали:- Господь вас спаси!- И снова себя называли солдатками, Как встарь повелось на великой Руси. Слезами измеренный чаще, чем верстами, Шел тракт, на пригорках скрываясь из глаз: Деревни, деревни, деревни с погостами, Как будто на них вся Россия сошлась, Как будто за каждою русской околицей, Крестом своих рук ограждая живых, Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся За в бога не верящих внуков своих. Ты знаешь, наверное, все-таки Родина - Не дом городской, где я празднично жил, А эти проселки, что дедами пройдены, С простыми крестами их русских могил. Не знаю, как ты, а меня с деревенскою Дорожной тоской от села до села, Со вдовьей слезою и с песнею женскою Впервые война на проселках свела. Ты помнишь, Алеша: изба под Борисовом, По мертвому плачущий девичий крик, Седая старуха в салопчике плисовом, Весь в белом, как на смерть одетый, старик. Ну что им сказать, чем утешить могли мы их? Но, горе поняв своим бабьим чутьем, Ты помнишь, старуха сказала:- Родимые, Покуда идите, мы вас подождем. "Мы вас подождем!"- говорили нам пажити. "Мы вас подождем!"- говорили леса. Ты знаешь, Алеша, ночами мне кажется, Что следом за мной их идут голоса. По русским обычаям, только пожарища На русской земле раскидав позади, На наших глазах умирали товарищи, По-русски рубаху рванув на груди. Нас пули с тобою пока еще милуют. Но, трижды поверив, что жизнь уже вся, Я все-таки горд был за самую милую, За горькую землю, где я родился, За то, что на ней умереть мне завещано, Что русская мать нас на свет родила, Что, в бой провожая нас, русская женщина По-русски три раза меня обняла. 1941 Стихотворение обращено к Алексею Александровичу Суркову.

Дарья: А я вот это очень люблю. У меня есть запись, как Высоцкий это стих-е читает. Просто до дрожи пробирает! Семен Гудзенко ПЕРЕД АТАКОЙ Когда на смерть идут — поют, а перед этим можно плакать. Ведь самый страшный час в бою — час ожидания атаки. Снег минами изрыт вокруг и почернел от пыли минной. Разрыв — и умирает друг. И значит — смерть проходит мимо. Сейчас настанет мой черед, За мной одним идет охота. Будь проклят сорок первый год — ты, вмерзшая в снега пехота. Мне кажется, что я магнит, что я притягиваю мины. Разрыв — и лейтенант хрипит. И смерть опять проходит мимо. Но мы уже не в силах ждать. И нас ведет через траншеи окоченевшая вражда, штыком дырявящая шеи. Бой был короткий. А потом глушили водку ледяную, и выковыривал ножом из-под ногтей я кровь чужую. 1942

Елизавета: Даша, а меня насквозь пробирает, от голоса Высоцкого, читай он хоть стихи, хоть песни исполняй...Голос неповторимый.

Дарья: Впервые вижу этот стишок полностью. Всегда знала его только в сокращении: 3-е восьмистишье + последнее четверостишье. Честно сказать, зря он столько лишнего написал, сокращенный вариант, по-моему, удачнее Николай Майоров Мы Это время трудновато для пера. Маяковский Есть в голосе моём звучание металла. Я в жизнь вошёл тяжёлым и прямым. Не всё умрёт. Не всё войдёт в каталог. Но только пусть под именем моим Потомок различит в архивном хламе Кусок горячей, верной нам земли, Где мы прошли с обугленными ртами И мужество, как знамя, пронесли. Мы жгли костры и вспять пускали реки. Нам не хватало неба и воды. Упрямой жизни в каждом человеке Железом обозначены следы – Так в нас запали прошлого приметы. А как любили мы – спросите жён! Пройдут века, и вам солгут портреты, Где нашей жизни ход изображён. Мы были высоки, русоволосы. Вы в книгах прочитаете, как миф, О людях, что ушли, не долюбив, Не докурив последней папиросы. Когда б не бой, не вечные исканья Крутых путей к последней высоте, Мы б сохранились в бронзовых ваяньях, В столбцах газет, в набросках на холсте. Но время шло. Меняли реки русла. И жили мы, не тратя лишних слов, Чтоб к вам прийти лишь в пересказах устных Да в серой прозе наших дневников. Мы брали пламя голыми руками. Грудь раскрывали ветру. Из ковша Тянули воду полными глотками И в женщину влюблялись не спеша. И шли вперёд, и падали, и, еле В обмотках грубых ноги волоча, Мы видели, как женщины глядели На нашего шального трубача. А тот трубил, мир ни во что не ставя (Ремень сползал с покатого плеча), Он тоже дома женщину оставил, Не оглянувшись даже сгоряча. Был камень твёрд, уступы каменисты, Почти со всех сторон окружены, Глядели вверх – и небо было чисто, Как светлый лоб оставленной жены. Так я пишу. Пусть неточны слова, И слог тяжёл, и выраженья грубы! О нас прошла всесветная молва. Нам жажда зноем выпрямила губы. Мир, как окно, для воздуха распахнут Он нами пройден, пройден до конца, И хорошо, что руки наши пахнут Угрюмой песней верного свинца. И как бы ни давили память годы, Нас не забудут потому вовек, Что, всей планете делая погоду, Мы в плоть одели слово «Человек»! 1940

Дарья: Елизавета пишет: Даша, а меня насквозь пробирает, от голоса Высоцкого, читай он хоть стихи, хоть песни исполняй...Голос неповторимый. Ох, Лиза, Высоцкий это моё очень многое! Да у нас на форуме, наверняка, почти все его любят? Ну как его не любить?

Алексей: Стихотворение Павла Антокольского, посвященное памяти его павшего на фронте сына Володи. Сны возвращаются. Сны возвращаются из странствий. Их сила только в постоянстве. В том, что они уже нам снились И с той поры не прояснились. Из вечной ночи погребенных Выходит юноша-ребенок. Нет, с той поры не стал он старше, Но, как тогда, устал на марше. Пятнадцать лет не пять столетий. И кровь на воинском билете Ещё не выцвела, не стерта. Лишь обветшала гимнастерка. Он не тревожится, не шутит, О наших действиях не судит. Не проявляет к нам участья, Не предъявляет прав на счастье. Он только помнит, смутно помнит Расположенье наших комнат, И стол, и пыль на книжных полкеах, И вечер в длинных кривотолках. Он замечает временами Своё родство и сходство с нами. Своё сиротство он увидит, Когда на вольный воздух выйдет. 1956

Елизавета: Стихи Юлии Друниной, тоже очень люблю. Когда их читаешь, то глаза сами слезятся. Я порою себя ощущаю связной Между теми, кто жив И кто отнят войной. И хотя пятилетки бегут Торопясь, Все тесней эта связь, Все прочней эта связь. Я -- связная. Пусть грохот сражения стих: Донесеньем из боя Остался мой стих -- Из котлов окружений, Пропастей поражений И с великих плацдармов Победных сражений. Я -- связная. Бреду в партизанском лесу, От живых Донесенье погибшим несу: "Нет, ничто не забыто, Нет, никто не забыт, Даже тот, Кто в безвестной могиле лежит".

Елизавета: Дарья пишет: Ох, Лиза, Высоцкий это моё очень многое! Да у нас на форуме, наверняка, почти все его любят? Ну как его не любить? Даша, ты права, не любить его трудно. Один раз услышишь его голос и мне кажется, что уже никогда не забудешь...

Vilemina: Песни насыщеные эмоцией! Ну, например "Тот, который не стрелял...", "Банька по белому", "Банька по черному", можно любую песню назвать. Да какой он был актер! Я видела его в Гамлете, в Пугачеве, в Вишневом саду, Добром человеке из Сезуана, в Преступлении и наказании... Простите, понимаю, что не по теме, просто вспомнила.

Дарья: Vilemina пишет: Я видела его в Гамлете, в Пугачеве, в Вишневом саду, Добром человеке из Сезуана, в Преступлении и наказании... Vilemina, вы его прямо на сцене видели????? Прямо вживую???? Да вы что??? Обалдеть!!! Вы в Москве жили? Я в записях видела отрывок из Пугачева - Высоцкий просто ПРЕКРАСЕН! Такая силища!!



полная версия страницы