Форум » Хочу предложить... » Вопросы на любые темы » Ответить

Вопросы на любые темы

Наталья Захарова: Иногда захожу на сайт, а там гостей от 12 и больше высвечивается, Почему не рагистрируются и не отвечают.? Ведь в гостевой было намного больше людей активных?

Ответов - 473, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 All

Татьяна: Мне кажется, что не совсем вымышленный, хотя, может быть, собирательный. У Ули были подруги Вера Кротова, Нина Попова. Где-то читала, что именно Вера переписывала стихотворение Ули, посвященное брату, и надписи на стене, поэтому и ошибки были в стихотворении (часто возникал вопрос, почему в нем ошибки, ведь известно, что Уля очень хорошо училась). Попробую поискать ссылочку, пока не нашла.

Татьяна: ПРЕДСМЕРТНОЕ ПИСЬМО УЛЬЯНЫ ГРОМОВОЙ, НАПИСАННОЕ НА СТЕНЕ ТЮРЕМНОЙ КАМЕРЫ 15 января 1943 года Прощайте, мама, Прощайте, папа, Прощайте, вся моя родня, Прощай, мой брат любимый Еля, Больше не увидишь ты меня. Твои моторы во сне мне снятся, Твой стан в глазах всегда стоит. Мой брат любимый, я погибаю, Крепче стой за Родину свою. До свидания. С приветом Громова Уля. Письмо Ули переписано со стены камеры 14 февраля 1943 года ее подругой Верой Кротовой. В музее хранится этот листок, поступивший от родных Ули. Сама подпись на стене была затерта во время ремонта помещения весной 1943 года. http://www.fire-of-war.ru/mg/gromova.htm

Татьяна: Вот нашла, там же: Предсмертное письмо Ули Громовой имеет одну особенность, на которую всегда обращают внимание экскурсанты - оно написано чужим подчерком, и в тексте допущено несколько грамматических ошибок, что противоречит нашим представлениям об Ульяне, умной, образованной девушке. Да, это не рука Ули и не фотокопия записи. Надпись была обнаружена после освобождения Краснодона и переписана Верой Кротовой, подругой и дальней родственницей Ульяны. Впоследствии Вера рассказала, как она обошла все камеры, в поисках каких-либо свидетельств, просмотрела все, что валялось на грязном полу, обследовала стены. Лишь в третьей камере на стене по левую сторону от двери, поближе к углу увидела что-то нацарапанное и подпись "Уля Громова". - Увидев эти слова, я позабыла обо всем, бросилась бежать, чтобы сообщить родным, потом взяла карандаш и бумагу, быстро вернулась в камеру и переписала текст. Этот листочек она сразу же передала родителям Громовой, а те в 44-м году отдали в музей на вечное хранение.

Люба Шерстюк: Девочки, Вы мои умнички!

Вера: А меня по теме надписей на стенах камер давно интересует такой момент.Военный фотограф Яблонский,на второй день после освобождения Краснодона успел сделать,кажется всего три фотографии надписей в тюрьме.Он собирался на следующий день заснять остальные надписи,которых было очень много на стенах камер.Но,на утро уже практически все надписи были затерты.Интересно,что было такого в тех записях,что так поспешно стерли?Может,арестованные ребята кого-то изобличали?И кто стер?Сами полицейские?Но они,наверняка уже удрали или спрятались.Может их родственники?Или родственники самих ребят?

Лера Григ: Да, сложный вопрос Вы, Вера, задали. Только я слышала, что засняли не три надписи, а надписи в одной из камер. Почему-то всегда считала, что их стёрли полицейские. А теперь Вы так поставили вопрос, что стоит над этим задуматься.

Алексей: Вера пишет: А меня по теме надписей на стенах камер давно интересует такой момент.Военный фотограф Яблонский,на второй день после освобождения Краснодона успел сделать,кажется всего три фотографии надписей в тюрьме.Он собирался на следующий день заснять остальные надписи,которых было очень много на стенах камер.Но,на утро уже практически все надписи были затерты.Интересно,что было такого в тех записях,что так поспешно стерли?Может,арестованные ребята кого-то изобличали?И кто стер?Сами полицейские?Но они,наверняка уже удрали или спрятались.Может их родственники?Или родственники самих ребят? Так не только в Краснодоне было, что надписи на стене тюрьмы не успели взять под контроль, и "кто-то" их стер. Иван Козлов в своей книге "В крымском подполье" писал, что сразу после освобождения Симферополя, кто-то стирал надписи на стенках гестаповской тюрьмы, а многие патриоты там писали, кто именно их предал.

Люба Шерстюк: Может, В Краснодонк тоже так было?

Лера Григ: Алексей пишет: "Так не только в Краснодоне было, что надписи на стене тюрьмы не успели взять под контроль, и "кто-то" их стер. Иван Козлов в своей книге "В крымском подполье" писал, что сразу после освобождения Симферополя, кто-то стирал надписи на стенках гестаповской тюрьмы, а многие патриоты там писали, кто именно их предал." Тогда уже стоит подумать, а полицаи ли этим занимались? Может власть Советов целенаправленно всё это уничтожала? Только ЗАЧЕМ?

Алексей: Лера Григ пишет: Тогда уже стоит подумать, а полицаи ли этим занимались? Может власть Советов целенаправленно всё это уничтожала? Только ЗАЧЕМ? Те, кто предавали, и мчались сразу стирать, пока у НКВД руки не дошли. Бывали случаи, когда немецкие пособники и после прихода Красной армии неплохую карьеру делали. Когда живых свидетелей не оставалось.

Лера Григ: Понятно. "Когда живых свидетелей не оставалось." А откуда они могли взяться?

Люба Шерстюк: Ленрчик, были единицы выживших.

Алина: Насколько я знаю, что многие родственники сразу же бросились в тюрьму, чтобы найти хоть что-то (в основном записки, конечно) от своих родных. Ни один и ни два человека тогда бы прочитали все то, что там написано. Неужели бы это осталось неизвестным, все же друг с другом делились. "В камерах было темно, но только для съемки, поэтому Яблонский сжег одну свою пленку, чтобы осветить стены". ( это из той же статьи). Но пленка ведь чадит только,сворачивается и не дает света, если я не ошибаюсь. А потом, почему он сам не рассказал, что еще там было? От местных жителей слышала версию, что молодогвардейцы в настенных посланиях просили прощения за то, что не выдержали и назвали чье-то имя. И чтобы не принижать их подвига - все стерли. Поскольку, я понимала общий не самый лучший настрой, не придала значения этим словам. Конечно, интересно, почему и кто все затер, но больше смущает, что нет никаких слухов о том, что там было.

Лера Григ: Да, Алина, это всё очень-очень интересно! Вот бы узнать!!! Но как сейчас уже это сделать? Остались ли сейчас очевидцы тех надписей?

Алина: Елки-палки, я так жалею, что не спросила об этом у Титовой. Она же рассказывала, как с первым танком побежала туда. Говорила, что были во дворе расстрелянные, что в камерах были брошены пустая посуда и вещи, но про стены - ничего! У меня крутилась в голове эта мысль, но взрослого человека перебивать неудобно, вот и проворонила. Может где-то есть воспоминания того же Яблонского, ведь рассказал он про то, как фотографировал?

Лера Григ: Да, печально всё это. Не думаю, что от Яблонского можно узнать что-то новое. И зачем он сжёг плёнку? Меня всё не покидает эта мысль.

Люба Шерстюк: Спасибо, Алина!

Алина: Пустую пленку ведь сжег... Может, от отчаяния, не подумав, чтоб хоть как-то было светлее? А может, чтоб лишить себя самого возможности снимать дальше.

Лера Григ: Пустую ли? "... может, чтоб лишить себя самого возможности снимать дальше." ЗАЧЕМ?

Алина: Говорил, что пустую. Понял сам, что не надо или намекнули - человек-то военный... Ведь не случайно он там оказался, наверно с определенной целью. Могли же дать задание - чтобы осветить подвиг. А если предположить, что там молодогвардейцы написали имена предателей и палачей, то нельзя было до суда-следствия эту информацию обнародовать. А затереть могли еще и опасаясь самосуда. Пишу и понимаю, что это не мои мысли, интуитивно не согласна с собственными предположениями. Мне не дает покоя то, что никто, нигле и не разу не упомянул о других надписях. Может, и не было ничего больше? А про затертые послания потом присочинили...



полная версия страницы