Форум » "Молодой гвардии" посвящается » Александр Фадеев и его роман "Молодая гвардия" » Ответить

Александр Фадеев и его роман "Молодая гвардия"

Лера Григ: Из экспозиций музея "Молодая гвардия" г.Краснодона

Ответов - 107, стр: 1 2 3 4 5 6 All

Николай: В РГАСПИ хранится неопубликованная рукопись Фадеева под названием "Николай Иванович Ежов: Сын Нужды И Борьбы"написанная во времена Ежовшины. (РГАСПИ Фонд 671 Опись 1 Дело 270 Лист 70) Там Фадеев восхищается Ежовым, как сыном "Самой пролетарской семьи в мире!". В начале у меня было желание ляпнуть что-то по поводу Брзописцев, которых Фадеев упоминает в своей предсмертной записке. Но потом я решил Фадеева не судить, так как он вполне обоснованно опасался за свою свободу и жизнь. Имено поэтому Фадеев восхищается Ежовым и молчал в тряпочку когда шла расправа над Бабелем, Ахматовой, Цветаевой, и многоми другими представителями Русской литературной интелигенции. Страх был обоснован. Судя по его личной жизни, Ежов был либо верным партийным деятелем либо отпетой сволочью. Его первая жена, партийный работник и газетный редактор по профессии, научила его пользоватся пишушей машинкой и писать эффективные отчёты, которые сделали его способным администратором. Пробившись он её отдал под следствие за то, что работая в Сельскохозяйчтвенном Институте Темирязева, она осмелилась критиковать грядущую политику Коллективизации. По некоторым источником её расстреляли, по другим, нет. Говорит, что Сталин однажды сказал, что Благодарность это качество щенков. Если такое сеять в 1930е, то что выростет в 21 веке? Короче, если Ежов такое сделал ср своей Первой Любовью, то на что твкой человек способен с неугодным писателем? Поэтому трудно судить Фадеева за слабость, тем более, что Фадеев спился служа душой и жизнью советской власти. Следствие над Ежовым длилось около года и из него выжимали такие признания и показания, просто из издёвки, на что у Соликовского не хватало воображения. Тут рассуждения о Зле и Нечитсти художественных писателей о кольцах, хоббитах и ночных дозорах это просто детский лепет пятилетних. Жалко то, что на момент ареста Ежова, его его вторая женя умерла при подозрительных обстоятельствах, и что подобному следствию подверглись личные друзья Ежова, не имевшие никакого отношения к делам НКВД. Трагедия провала Молодой Гвардии носит личный характер, а Красный Террор и Ежовщина для людей носит характер абстрактной концепции, поэтому вот две детаяли: В 1937 году, Год Ежовщины, Военный Трибунал Верховного Суда СССР вынес 40,000 смертных приговоров советским военноначальником. В их число входили все старшие советские офицеры которые принимали участие в совместной прграмме военного сотрудничества между СССР и Третим Рейхом в начале 1930х годоа. Нацисткое руководство решило, что такие люди не нужны живыми Советской Армии, и СС выкрало имена этих людей из штаб-квартиры Абвера, что бы делать более убедительный компрмат для НКВД. Материалы были подкинуты НКВДшникам с помолщью Вегерской разведки и в советской истории известно как дело Красной Папки. А что бы стало расстреляй они в 1837 году не 40,000 а скажем 20,000 краных офицеров, остальным бы дали срока, как Рокоссовскому, дошли бы немцы до Краснодона окажишь они в строю на момент ВОВ. И ещё, по настоянию Ежова был расстрелян 16 летний сын расстрелянного Льва Каменева, Ежов аргументировал, что мальчика нужно расстрелять, так как если он вырочтет, он станет антисоветсчиком и будет мстить за отца. Сам Ежов описал теорию своих репрессий в неопубликованной книге "От Факционализма К Открытой Контр-Революции", которую он написал в 1935 году, на гране своего восхождения на пост начальника НКВД. И если Фадеев и Кулешов обы виноваты в присобленчестве и трусости, то как можно осуждать одного и не другого?

Наталья Захарова: Вот еще интересные воспоминания о Фадееве и его гуманнизме. Оказывается по мнению Владимира Орлова он был гуманным человеком. Пожалел темникову, мать Почепцова. А вот Виктора и его семью не пожалел. Хотя сам он говорил одно время, когда искренне считал, что Виктор был предателем, что пожалел его семью, братьев, родителей и сменил фамилию Третьякевич на Стаховича. Первоначально Фадеев искренне верил в виновность Виктора. Именно при написании романа. Позже он изменил свое мнение. И всегда говорил, что Стахович - это собирательный образ... "Еще до съемок фильма, когда мы играли спектакль и встречались с Фадеевым, задавали ему массу интересующих нас вопросов, в том числе и вопрос о том, почему он в романе не описал предателя Геннадия Почепцова, с доноса которого начался провал “Молодой гвардии”. Мне запомнились слова писателя: “Принимая вo внимание противоречивость многих судебных показаний, будь на моем месте другой служитель художественной прозы, он бы тоже был вынужден воспользоваться выдуманным образом предателя. Образ предателя Стаховича выдуман мною от начала и до конца. Это собирательный обобщающий образ!” Ему пришлось синтезировать обстоятельства провала организации, в пpoтивном случае пришлось бы переписывать несколько томов дел. Все настолько бы непозволительно затянулось, что никто бы такую книгу читать не стал. Писатель объяснил нам, что люди (а читатели и зрители все без исключений) воспринимают жизнь чисто эмоционально, а не по бесконечному перечню каких-нибудь случаев или фактов, имен, событий и т. д. Что касается Почепцова, то если бы обобщающий образ предатели фигурировал под этой фамилией, то исторически это было бы недостоверно, поскольку Почепцов предал всего лишь нескольких человек, всех он знать не мог. Мы поняли также, что писателя особенно беспокоила гуманная сторона этого вопроса: нужно было подумать и о непричастных лицах. Во-первых, в Краснодоне и в Краснодонском районе проживала не одна семья Почепцовых, во-вторых, мать Почепцова была уважаемая в городе женщина. Она была портниха, шила женщинам платья, безвозмездно перешивала детям одежонку. Ее первый муж погиб в шахте. Она не представляла себе, что второй ее муж скрывается под чужой фамилией, а сын предатель. Вместе с дочерью она приходила неоднократно к представителям советской власти, просила выдать ей оружие, чтобы она лично расстреляла собственного сына и мужа. Все это было принято во внимание как представителями государственной комиссии, так и самим писателем. А.А. Фадеев был необыкновенно гуманным человеком. Из чисто гуманных соображений, чтобы не порочить родственников, он, например, переменил фамилию одного из полицаев, которого прикончили молодогвардейцы. Из таких же гуманных соображений (чтобы не портить будущую жизнь) изменил фамилию одной девицы легкого поведения. Все помнят, с какой точностью описана в романе первая подруга Олега Кошевого Лена Позднышева, которая играет на фортепиано перед немецкими офицерами. На самом деле это — Лина Темникова..".

Аня: Интересно получается - Нину Иванцову с фронта отозвали чтобы она расказала Фадееву о МГ, а с Васей Левашовым он даже ни разу не встретился, хотя Вася в это время был в Краснодоне.

Наталия: В 1988 г.я была в Нальчике в санатории. Там была экскурсия в дом, где жил Фадеев. Но он был закрыт на ремонт, внутри мы не были, но осталось фото на память.

Марина Турсина: Наташа, а нет возможности фото выложить? Было бы интересно посмотреть!

Лера Григ: Да, Наташенька, можно фото посмотреть?

Люба Шерстюк: Наташенька, пожалуйста

Наталия: Можно, но у меня на компе траффик будет только 1 октября. Если найду возможность, то выложу раньше.

Лера Григ: Будем ждать, Наташенька!

Марина Турсина: Спасибо, Наташа!

Лера Григ: Наташа из города Чебоксары просила выложить фото дома Фадеева. Что с удовольствием и делаю.

Марина Турсина: Здорово! Спасибо, Лера и Наташа! А это весь Фадеева был дом - такой большой и красивый? А где Наташа на фотографии?

Лера Григ: Мариночка, мне спасибо говорить не за что. Просто выполнила просьбу. А Наташа про себя, думаю, сама скажет.

Марина Турсина: Ну почему же не за что?

Лера Григ: А за что?

Наталия: Лерочка, спасибо за то, что выполнила мою просьбу. Я на фото крайняя слева, в синем платье, а сзади моя мама. Да, такая я была 20лет назад.

Лера Григ: Да не за что, Наташенька.

Наталия: В этом доме Фадеев писал "РАЗГРОМ".

Марина Турсина: Ой, а я так и подумала, что это ты, Наташа!

Наталия: Марина, рада, что интуиция тебя не подвела.:-)

Люба Шерстюк: Девочки, милые, спасибо!

Люба Шерстюк: Дом Фадеева такой красивый!

Наталия: Очень жаль, что мы не попали внутрь дома, как там не видели. Нам только сказали, что здесь Фадеев писал "Разгром" и все, но это так мне врезалось в память!

Лера Григ: Да, жаль, что вовнутрь не попали!

Люба Шерстюк: Конечно, жаль!

Алексей: Более известен другой дом Фадеева, в писательском поселке Переделкино под Москвой, где Александр Александрович жил, и где его жизнь трагически оборвалась. После самоубийства Фадеева. его жена, актриса Ангелина Степанова с этой дачи съехала - жить там не могла. Однако дом-музей там не сделали - отдали этот дом под общежитие Литературного института. Что там сейчас - не знаю. Не исключено, что дом приобрел и перестроил какой нибудь "новый русский" кавказской национальности.

Люба Шерстюк: Печальная история...

Наталья Захарова: Из воспоминаний А Г. Ржешевского о А А Фадееве: "...Близость к властным рычагам в те времена сильно определяла облик литературы. Я, в этом смысле, был всегда от власти далек. Словом, в тот момент и защищаться-то было нечем. По версии Симонова и Софронова получалось, что я действительно ничего не сделал. И они это с пеной у рта доказывали на Президиуме, когда меня исключали. Докладчиком был Софронов, содокладчиком Симонов. А я смотрел на Фадеева, который мне был даже по писательски интересен. Недавно вышедший из очередного запоя, он старался держаться преувеличенно твердым, но не глядел в мою сторону. Я понимал: ну больной человек… очень больной. Но ведь Чехов был болен неизмеримо серьезнее. Годами он буквально обливался кровью. Но почему тот гений в тяжелейшие годы своей жизни, в самые испепеляющие дни своей страшной болезни… был так благороден. А этот? Прежде мы часто встречались дружески, когда у него не было запоев, и он нуждался в обществе. У нас было много тем для обсуждения – не только литература, но и наша юность, которая мужала в гражданской войне. Но однажды, в доверительной беседе я спросил у Фадеева, отчего из Краснодона идут упорные сведения, что главным руководителем «Молодой гвардии» был Виктор Третьякевич? В Краснодоне многие свято чтут его память. А родители отчаянно бьются, чтобы восстановить доброе имя сына, который выведен в романе под именем предателя Стаховича… - Что ты опять напутал, Саша? – спросил я. Он медленно повернулся. - Почему «опять»? Я напомнил об известном факте, когда в романе «Разгром» трус и негодяй Мечик носит фамилию человека достойного и уважаемого на Дальнем Востоке. Я готов был услышать объяснение в случайности, совпадении, забывчивости. Забегая вперед, скажу, что после самоубийства Фадеева, в «Литературке» было опубликовано его письмо, взятое из архива и адресованное одному знакомому на Дальнем Востоке. В письме Фадеев размышлял о том, что надо будет в какой-то форме объяснить ту неточность, из-за которой Мечик, все еще живой и здравствующий, был заклеймен в романе «Разгром», как человек, имя которого должно быть покрыто позором. К сожалению желание это было высказано Фадеевым через тридцать лет после выхода романа. Впрочем, оно так и осталось желанием. Письмо не было отправлено. Ну а история с руководителем Краснодонского подполья, который представлен в романе «Молодая гвардия» предателем, была совсем недавняя. Я слышал своими ушами рассказ негодующих краснодонцев, которые защищали Виктора Третьякевича, говорили о его героизме и резко осуждали запутавшегося автора романа, из-за ошибок которого покалечены судьбы достойных людей. При этом рассказе присутствовали и другие писатели. Тогда я еще не знал, сколь болезненным для Фадеева был этот вопрос. Ошибок он не любил признавать. Он ничего больше не ответил. Только взглянул. И вмиг былая дружба обратилась в лютую ненависть. А в скором времени последовала первая акция «Литературной газеты» против меня. Но ведь кроме Фадеева были в руководстве Союза писателей и другие люди, которым известен мой долгий путь в литературе. Знал об этом прекрасно Симонов. В молодости нас считали приятелями. Однако, именно он, став главным редактором «Литературки» напечатал клеветнические заметки, в которых перечеркивался мой творческий путь. Впоследствии я часто думал, что, конечно не Сталин запретил пьесу «Олеко Дундич» из-за ссоры с Югославией, как мне внушали, а все те же руководители Союза писателей, которые любили вождить и выставлять на публику прежде всего себя. Тысячи людей знали и помнили пьесу «Олеко Дундич». И я горжусь, что являюсь соавтором этой пьесы, которая шла в театрах страны всю войну. Даже издана отдельной книжкой, когда была позарез нужна – в грозном 1942 году. И сейчас – вот уже третье десятилетие идет на сценах многих театров страны. …Когда я вышел из Союза писателей после исключения и встретился с женой, которая ожидала меня, я ей сказал, что уже иду прямо… к яме… а затем попросил ее записать адреса и телефоны тех людей, которые может быть помогут ей тогда, когда меня уже не будет в живых…"

Наталья Захарова: Отрывок из статьи: Между строк указа Владимир КОНОПЛИЦКИЙ, «Владивосток» "...Между тем сама история “Молодой гвардии” и роман хранят немало загадок и даже тайн. Вскоре после выхода книги Фадеев в одном из писем обмолвится: “Роман в целом принят благожелательно, но из Краснодона зловещее молчание…”. Забегая вперед, скажу, что Александр Александрович до конца дней так и не отважился еще раз побывать на родине своих героев. Более того, всячески избегал встречи с их родителями, с оставшимися в живых молодогвардейцами. И на то были веские причины..."

Люба Шерстюк: Ну конечно, людей оболгал, аот и трясся!

Алена: Некрасивая история! А загадок здесь хватает не только касательно жизни и борьбы ребят, но и относительно самого автора, и написания романа. Что двигало Фадеевым ? Госзаказ - да, работа с предоставленными ему документами - тоже да, но и много личного, ведомого только ему одному. Имеется ввиду, его личное отношение к произошедшему. Только по каким критериям он мерял: кому больше славы, кому - меньше, кому вообще позор только достался! Мы уже обсуждали здесь неоднократно, что во многом на его видение ситуации повлияла Е.Н. Кошевая, но не настолько же. Все же он - сложившаяся, состоявшаяся личность. Единственое, чем можно объяснить, это спешка, в которой писался роман, сроки поджимали. Хотя сроки сроками, а роман остался навсегда...

Лера Григ: Наташа, спасибо за статью! Алёна, интересный вопрос ты подняла.

Люба Шерстюк: Алёна, это всё не отменяет обязанности быть порядочным человеком!

Наталья Захарова: Раньше я размещала эту статью на форуме Алены: Литературный генерал Триумф и трагедия писателя Александра Фадеева «Молодую гвардию» и «Разгром» мы проходили в школе. Если честно, то «Молодую гвардию» я очень даже читала и ревела в голос в конце, когда описывались жуткие мучения и пытки, гибель этих краснодонских мальчиков и девочек. А вот «Разгром» осилить так и не могла – но это уж, как говорится, факт моей личной биографии. По детской глупости и школьной наивности было, правда, немножко странно и непонятно: чего ж это он, Фадеев то есть, так мало написал книжек? Грубо говоря – «две с половиной» – если считать незаконченный роман «Последний из Удэгэ». «Странный» такой факт – но уже из его, фадеевской биографии… Личное дело Биография же – официальная – такова: родился 24 (10) декабря 1901 года в селе Кимры Корчевского уезда Тверской губернии. Раннее детство провел в Вильно и Уфе. В 1908-м семья Фадеевых переехала на Дальний Восток. С 1912 по 1919й учился во Владивостокском коммерческом училище – ушел, не закончив 8-го класса. Пристрастился к литературе. Много читал, сотрудничал в рукописных ученических журналах. В годы Гражданской войны Фадеев принимал активное участие в боевых действиях на Дальнем Востоке. В бою под Спасском был ранен. В феврале 1921 года был избран делегатом X съезда РКП(б). Участвовал в подавлении кронштадтского мятежа, был ранен вторично. После излечения и демобилизации остался в Москве для учебы в Московской горной академии, – причем опять ушел, теперь уже со 2-го курса. Первую законченную повесть «Разлив» Александр Фадеев написал в 1922–23 годах. В 1925–26-м работая над романом «Разгром», принял решение заниматься литературным трудом профессионально. И пошло-поехало: в 1926–1932 годах был одним из руководителей Российской ассоциации пролетарских писателей; с 1934 года – заместитель председателя оргкомитета Союза писателей, член правления и президиума Союза писателей СССР; в 1939–1944 годах – секретарь Союза писателей; в 1946–1954 годах – генеральный секретарь и председатель правления Союза писателей СССР; в 1954–1956 годах – секретарь правления. Право, читается как послужной список: от солдата – до маршала! И вот – война. В годы Великой Отечественной Фадеев – корреспондент газеты «Правда» и Сов-информбюро, объехал ряд фронтов. Осенью 1943-го выезжал в освобожденный от фашистов город Краснодон. Собранный там материал лег в основу романа «Молодая гвардия». Последний замысел Фадеева – роман о современности «Черная металлургия» – остался незавершенным. 13 мая 1956 года в Москве в состоянии душевной депрессии писатель покончил жизнь самоубийством. …Чего не хватало? Эффектный был мужчина – с харизмой, то бишь гипнотизирующим обаянием! Литературный генерал – звания, президиумы, делегации-депутации. Достаток, который простым смертным не снился, красавица-жена – актриса Ангелина Степанова, мхатовская прима. Чего?! Карьера развивалась стремительно. Писать было уже некогда. А может быть, уже и не мог. А мог ли изначально, был ли у него, Александра Фадеева, литературного генерала, – литературный же талант? Пускай об этом судят литературные критики. Профессионально. Может, что и не было. А то, что я девчонкой ревела над гибелью Улечки Громовой и Сережи Тюленина… так я ж не профессионал-критик, мало ли над чем можно реветь? Наталья Иванова в своей очень умной и тонкой статье «Личное дело Александра Фадеева» пишет, однако же: «Несмотря на свое высокое положение в составе советской элиты, Фадеев нес в себе подполье: отсюда его «провалы», срывы, надрывы, исчезновения, загулы, запои и многостраничные письма-исповеди...» Раздвоенность – надрыв – депрессия – запой. О, какая знакомая схема! Какая, собственно, разница – литератор ты, артист или инженер? Барская любовь «Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь» – это ведь где-то о нем сказано, о Фадееве. Барская любовь – а Сталин его любил, если вообще применимы такие термины-понятия к «лучшему другу советских писателей» – и сгубила. Нельзя служить двум богам, нельзя быть одновременно честным и подлым. Он старался. Очень старался! Но ведь это все равно что одной ногой давить на тормоз, другой на газ: не выдержит «мотор»… Вот только один пример, который приводит в своей статье Наталья Иванова: в 1939-м Фадеев накладывает запрет на публикацию стихов Ахматовой в «Московском альманахе». Но! Одновременно как член ЦК хлопочет о жилье и персональной пенсии для их автора. 31 августа 1940 года (в разговоре с Л. Чуковской) Ахматова поражена тем, что Фадеев выдвинул ее книгу на Сталинскую премию. В июне 1946-го Фадеев обрушит на Ахматову обвинение в «барском отношении к народу», а в марте 1956-го пытается помочь освобождению Льва Гумилева... «Триумфа» Александра Фадеева, возможно и не существовало – если судить c точки зрения высокой литературы. Не гений. Вынесло на гребень славы, попал в номенклатурную колею… из которой нет исхода, возврата. Трагедия же была. Обыкновенная человеческая трагедия. Не было у советской литературы другого такого руководителя, который мог подвергать писателей опасной критике, и – на следующий день после этого – загудеть многодневным загулом по шалманам Переделкина и его окрестностей. Причем, как вспоминают, пил запойно, не выходя из штопора, бессонно бродя по поселку и его окрестностям, общаясь с шоферами и водопроводчиками! И запои те, доходившие до того, что он валялся в Переделкине по канавам, начинались с… чтения любимых стихотворений Пастернака. Но что потом? По многу месяцев лежит Фадеев в кремлевской больнице, сначала выходит из запоев, а потом лечит депрессию. Опять – знакомая до слез схема, общеупотребительная. В апреле–мае 1956-го Фадеев не пьет, пытается бороться с собой. Но депрессия победила. И 13 мая он сводит счеты с ненужной жизнью… По свидетельству очевидцев, он застрелился, полусидя на постели. Матрас насквозь промок от крови. Первым увидел его мертвым – мальчик, сын Фадеева Миша. …Как вспоминала Лидия Чуковская, после самоубийства Фадеева Ахматова сказала: «Я Фадеева не имею права судить». Далее Лидия Корнеевна записала: «Я сказала, что лет через 50 будет, наверное, написана трагедия «Александр Фадеев». В пяти актах. На моих глазах он вступался не за одного Леву: за Оксмана, за Заболоцкого, а во время блокады его усилиями, по просьбе Маршака, были вывезены из Ленинграда погибавшие там наши друзья: Пантелеев, Габбе, Любарская. Выстрелом своим искупил ли он свои преступления? Смывается ли кровью пролитая кровь? Надо быть Господом Богом, чтобы ответить на этот вопрос…» http://www.vmdaily.ru/article.php?aid=17606

Люба Шерстюк: Ужасная судьба, ужасный нрав...

Николай: Мне показалось, что Разгром был куда более реалистичен, чем Молодая Гвардия. Особенно литературными обпазами. Тут интересная вещь: Каждый литературный автор вначале всегда пишет автобиографическое произведение в художественной форме. Один литературный критик однажды отметил, что истории о юношах кончаются, когда юноша становится мужчиной, а истории о мужчинах заканчиваются, когда они женятся и обзаводятся семьями. Основная тема этих автобиографических произведений обычно потеря невинности, и там, когда в реальной жизни человек взрослеет, литературное произведение обычно заканчивается гибелью главного героя. Подобного рода романы обычно тяжелые произведения и редко дорабатываются до публикации. Примерами такого исскусства являются "На Западном Фронте Без Премен" Ремарка, и Оливер Стоунский фильм "Рота" (Plattoon). Отслужив во Вьетнаме и учась на кинорежистёра, Стоун написал повесть о Вьетнаме кончающуюся гибелью главного героя. Закончив рукопись, он её перечитал, и выбросил в море. Потом создал свой фильм о Вьетнаме, лозунгом котрого стало: Невинность - первая потеря войны. Если рассматривать Фадеевский "Разгром", то мне кажется, что сам Фадеев отражен в трёх персонажах. Мечик, это Фадеев гражданский, который умирает с повзрослением и пеержитым на войне. Метелица, это молодой боец, который формируется на фронте, и Морозка это уже сформировавшийся Фадеев, это прявляется тем, что это единственный персонаж у которого в повести отношения с женщиной. Все три погибают. Мечик погибает морально, не выполнив свой долг и дезертируя. Морозка проваливается, но Фадеев не даёт ему быть замученым или казнённым (почему? Ведь гражданская война на Дальнем Востоке отражалась своей жестокостью даже на фоне самой гражданской войны), Метелица пытается бежать, в то время, как Молодогваржейцы по Фадееву принимают мученическую смерть. Морозка погибает исполняя свой служебный долг, спасая отряд и оставляя за собой свою подругу. В сравнении с Разгромом, Молодая Гвардия смахивает на пропаганду. В разгроме командир Левинсон добрый, но не в силах спасать или предотвращять грядущее. Морозка страдает от недостатков и ограничен, как личность. В Молодой Гвардии все персонажи либо сильные и хорошие либо слабые и плохие. Описывая Бургомистра Краснодона, Фадеев его характеризует, как человека, котры всё время идолизировал Запад, которому не нравилось Советское качество, и которого немцы покупают плиткой шоколада. В сравнении с этим, описывая Белогвардейцев в "Разгроме", Фадеев никаких подобных характеристик им не даёт, просто описывает, как они выглядят, что говорят и что делают. Описывает скорее всего с памяти, и это делает Разгром более интересным и хорошим произведением. Скорее всего Фадеев был лично заинтересован Молодой Гвардией за счёт того, что сам пережил. Во времена ВОВ советская компартия и комсомол активно пропагандировали о подвигах своих. После гибели Матросова, который был комсомольцем и кандидатом в партию, именно комсомольская организация и партийный пропагнднай аппарат, а не его начальство не его товарищи по оружию и даже не военные корреспонденты начали первыми трубить о его подвиге. Из тгго, что я читал о Советских Героях ВОВ, если подвиг совершал член комсомольской организации, то организация об этом разу трубила. Если подвиг совершался бойцом, который в партийных организациях не состоял, то этого, похоже, не замечали. Молодая Гвардия была комсомольской организацией, поэтому к ней проявили интерес. Это не уменьшает их подвига, но возникает вопрос, как бы об этоим написал Фадеев если бы не было интереса сверху?

Люба Шерстюк: Скорее всего, написал бы правду... Николай, как всегда, глубокие и неожиланные вопросы и рассуждения! Браво!

Наталья Захарова: но возникает вопрос, как бы об этоим написал Фадеев если бы не было интереса сверху? Естественно, никак он не написал бы. И естественно. что в целях пропаганды для поднятия духа солдат (43 год шел ) Это изначально было его партийное задание (поэтому и герои черно-белые без каких-либо оттенков ), только ему предлагали поручить кому-нибудь написать статью. Он решил - сам. Он тоже поехал писать очерк, статью, а увлекся и написал больше. даже два варианта. не было бы интереса сверху. мало бы мы что о них (молодогвардейцах) знали вообще.

Люба Шерстюк: Наташенька, я всё же думаю, что он написал бы, но совсем по-другому!

Татьяна: Наталья Захарова пишет: не было бы интереса сверху. мало бы мы что о них (молодогвардейцах) знали вообще Мне в последнее время стало интересно, чем именно Молодая Гвардия вызвала интерес номенклатурных работников? Что в ней было столь обращающего на себя внимания партийных органов? Ведь подобных подпольных организаций, в т.ч. и комсомольских, было много. Но о них, действительно, мало что известно широкому кругу. Или это увлеченность Фадеева этому способствовала? Мне почему-то кажется, что не только это. Уж очень много сил было приложено к искажению правды о МГ не только позже, но и сразу же после гибели ребят. Создается впечатление, что огромная машина была задействована, чтобы скрыть истину, придать тяжеловесный и неправдаподобный официоз. А зачем все это надо было?! Когда подвиг ребят был налицо и не оспорим?! Почему нельзя было оставить все так, как было? Неужели бы это в меньшей степени способствовало пропаганде и поднятию боевого духа?.. Я, наверное, наивна в своих вопросах, но последнее время, действительно, не понимаю, зачем надо было приукрашать и без того красивую в своем героизме и патриотизме историю МГ?

Люба Шерстюк: Танечка, там на первом месте идеология была, всё под неё подстраивали. А правда никому не была нужна...

Алена: Да, Люба, правильно сказала. Чем и отличалась советская идеология: всех причесывала и умывала, как хотела. Из героев-комсомольцев сотворили иконы советского образца. При этом не особо заморачиваясь, точнее даже подавляя, стирая любой живой штрих из облика ребят. Нам, живым комсомольцам, надлежало так же, условно говоря, ходить строем, быть готовым в любой момент пожертвовать жизнью во благо Родины, не посрамив при этом Страны Советов ( и жертвовали, в Афганистане, например, получая за это посмертно медаль). Да и вообще, еще хорошо помню как орали мы на линейке: "За детство счастливое наше, спасибо, родная страна!" А мама моя в свое школьное детство еще при этом и "родного Сталина" благодарила. Хотя признаться, идеи изначально были замечательные: патриотизм, любовь к своей Отчизне, готовность помочь другу в беде - это ведь нормальные человеческие ценности, только вот закладываться и взращиваться они должны не такими методами. Гораздо ближе мне теперешние, вновь открытые молодогвардейцы: живые люди, точнее дети, с их обычными человеческими проблемами ( первая влюбленность,первые стихи, увлечения - все как у всех у нас), и оттого они мне во сто крат ближе и роднее. Дочь свою я тоже учу быть патриотом и любить свою Родину. Она знает, что Родина - это парк, где мы каждое утро совершаем пробежки с собакой, Родина - это улыбчивая знакомая наша продавщица в соседнем магазине, оставляющая нам свежее молоко, Родина - это могилы наших деда и бабушки с всегда свежими цветами, подружки во дворе - это тоже Родина! Я думаю, такие ценности гораздо надежнее отложатся в сердце человека, если, не дай Бог, придется Родину защищать...

Люба Шерстюк: Умница, Алёнушка!

Марина: Предсмертное письмо А.А. Фадеева в ЦК КПСС. 13 мая 1956 "Не вижу возможности дальше жить, так как искусство, которому я отдал жизнь свою, загублено самоуверенно-невежественньм руководством партии, и теперь уже не может быть поправлено. Лучшие кадры литературы — в числе, которое даже не снилось царским сатрапам, физически истреблены, или погибли благодаря преступному попустительству власть имущих; лучшие люди литературы умерли в преждевременном возрасте; все остальное, мало-мальски ценное, способное создавать истинные ценности, умерло, не достигнув 40 — 50 лет. Литература – это святая святых — отдана на растерзание бюрократам и самым отсталым элементам народа, из самых «высоких» трибун — таких, как Московская конференция или ХХ-й партсъезд, — раздался новый лозунг «Ату ее!». Тот путь, которым собираются «исправить» положение, вызывает возмущение: собрана группа невежд, за исключением немногих честных людей, находящихся в состоянии такой же затравленности и потому не могущих сказать правду, — и выводы глубоко антиленинские, ибо исходят из бюрократических привычек, сопровождаются угрозой все той же «дубинкой». С каким чувством свободы и открытости мира входило мое поколение в литературу при Ленине, какие силы необъятные были в душе и какие прекрасные произведения мы создавали и еще могли бы создать! Нас после смерти Ленина низвели до положения мальчишек, уничтожали, идеологически пугали и называли это «партийностью». И теперь, когда все можно было бы исправить, сказалась примитивность, невежественность — при возмутительной дозе самоуверенности — тех, кто должен был бы все это исправить. Литература отдана во власть людей неталантливых, мелких, злопамятных. Единицы тех, кто сохранил в душе священный огонь, находятся в положении париев и — по возрасту своему — скоро умрут. И нет никакого уже стимула в душе, чтобы творить... Созданный для большого творчества во имя коммунизма, с шестнадцати лет связанный с партией, с рабочими с крестьянами, наделенный богом талантом незаурядным, я был полон самых высоких мыслей и чувств, какие только может породить жизнь народа, соединенная с прекрасными идеалами коммунизма. Но меня превратили в лошадь ломового извоза, всю жизнь я плелся под кладью бездарных, неоправданных, могущих быть выполненными любым человеком, неисчислимых бюрократических дел. И даже сейчас, когда подводишь итог жизни своей, невыносимо вспоминать все то количество окриков, внушений, поучений и просто идеологических пороков, которые обрушились на меня, — кем наш чудесный народ вправе был бы гордиться в силу подлинности и скромности внутренней глубоко коммунистического таланта моего. Литература — этот высший плод нового строя — унижена, затравлена, загублена. Самодовольство нуворишей от великого ленинского учения даже то1гда, когда они клянутся им, этим учением, привело к полному недоверию к ним с моей стороны, ибо от них можно ждать еще худшего, чем от сатрапа Сталина. Тот был хоть образован, а эти — невежды. Жизнь моя, как писателя, теряет всякий смысл, и я с превеликой радостью, как избавление от этого гнусного существования, где на тебя обрушивается подлость, ложь и клевета, ухожу из жизни. Последняя надежда была хоть сказать это людям, которые правят государством, но в течение уже 3-х лет, несмотря на мои просьбы, меня даже не могут принять. Прошу похоронить меня рядом с матерью моей." http://historydoc.edu.ru/catalog.asp?cat_ob_no=13360&ob_no=13361 Вот еще ссылка: http://novodevichye.narod.ru/fadeev.html Если по ней пройти, можно увидеть фотографию Фадеева, сделанную сразу после самоубийства.

Люба Шерстюк: Да уж... наболело...

Марина: А здесь Фадеев совсем юный: http://lit.1september.ru/articlef.php?ID=200100302

Марина: Интересно, на той фотографии, где он мертвый, его уже приготовили для фотографии? Пистолет так аккуратно рядом лежит... А на надгробном пямятнике у него молодогвардейцы, видели?

Люба Шерстюк: А где Фадеев похоронен?

Марина: На Новодевичьем. Люба, я там под предсмертным письмом Фадеева ссылку дала.

Люба Шерстюк: Не заметила ссылку...

Марина: Люба, жми сюда: http://novodevichye.narod.ru/fadeev.html ;-)

Люба Шерстюк: Уже нажала и посмотрела!

Марина: Российский государственный архив литературы и искусства (РГАЛИ). Личные фонды. Фадеев А. А. "У. М. Громова - записная книжка (1939 - 1942)..." http://guides.rusarchives.ru/browse/gbfond.html?bid=144&fund_id=11494 Это те самые фонды, про которые нужно спрашивать у сына Фадеева?

Люба Шерстюк: Маришка, похоже на то...

Алена: Марина, огромное спасибо тебе, благодаря ссылке погуляла только что по Новодевичьему кладбищу. Мне довелось когда-то побывать там, очень давно. Впервые увидела памятник Зое Космодемьянской, простите, что пишу не в тему. Просто испытала потрясение...

Люба Шерстюк: Да, Алёна, это потрясает...

Алексей: В Москве, в Лефортове, на старинном, историческом Введенском кладбище похоронена мать писателя Александра Фадеева Антонина Владимировна. Могила находится с левой стороны центральной аллеи, если входить с наличной улицы (участок 7, рядом с писателем С.Г. Скитальцем, напротив композитора С.Н. Василенко). Состояние могилы оставляет желать лучшего. Сын расположил на могиле горизонтальную плиту со "словом о матери" из романа "Молодая гвардия" ("Мама, я помню руки твои..."). Сейчас эта плита фактически отделена от основания надгробия. Надпись практически стерлась. С трудом можно прочитать подпись "А.А. Фадеев" внизу и отдельные слова на плите... Мать писателя, Фадеева Антонина Владимировна (1873-1954) - российская немка, урожденная Кунц, сыграла большую роль в духовном формировании сына, очень его любила, но при этом была строгой матерью. Александр Александрович говорил своим друзьям: "Я в жизни боюсь только двух человек - мою мать и Сталина". После похорон матери на Введенских горах Александра Александровича можно было нередко встретить в этом месте, стоящим или сидящем на скамеечке. Перед роковым выстрелом в Переделкине, Фадеев окончил свое предсмертное письмо (сейчас широко известное) словами: "Прошу похоронить меня рядом с матерью моей!" Однако его последнюю волю партийное руководство не выполнило. Здесь же покоятся старшая сестра писателя - Фадеева Татьяна Александровна (1900-1982) и дочь - Фадеева Нина Александровна (1923-1976). Александру Фадееву не грозит забвение, как считали некоторые. Больше того, именно в наше время существует взгляд, что лучшее произведение русской прозы ХХ века - "Последний из удэге", хотя роман не окончен.

Люба Шерстюк: Спасибо, Алексей! Я живу рядом с Введенским кладбищем, постараюсь найти эту могилу.

Марина: В дневнике Чуковского читаем о смерти Фадеева: 13 мая Воскресенье Застрелился Фадеев. Мне сказали об этом в Доме Творчества - и я сейчас подумал об одной из его вдов Маргарите Алигер, наиболее любившей его, поехал к ней, не застал, сказали: она - у Либединских, я - туда, там - смятение и ужас: Либединский лежит в прединфарктном состоянии, на антресолях рыдает первая жена Фадеева - Валерия Герасимова, в боковушке сидит вся окаменелая - Алигер. Я взял Алигер в машину и отвёз её домой, а потом поехал к Назым Хикмету, за врачихой. Та захватила пантапон, горчичники, валерьянку - и около часу возилась с больным, потом поехала к Алигер (она - одна, никого не хочет видеть, прогнала Гринбергов, ужасно потрясена самым плохим потрясением - столбняком), её дети в Москве, в том числе и дочь Фадеева; Наталья Конст. Тренева лежит больная, приехать не может; все писатели, каких я встречал на дороге, - Штейн, Семушкин, Никулин, Перцов, Жаров, Каверин, Рыбаков, Сергей Васильев ходят с убитыми лицами похоронной походкой и сообщают друг другу невесёлые подробности этого дела: ночью Фадеев не мог уснуть, принял чуть не десять нембуталов, сказал, что не будет завтракать, пусть его позовут к обеду, а покуда он будет дремать. Наступило время обеда: "Миша, позови папу!" Миша пошёл наверх, вернулся с известием: "папа застрелился". Перед тем как застрелиться, Фадеев снял с себя рубашку, выстрелил прямо в левый сосок. Врачиха с дачи Назыма Хикмета, которую позвали раньше всего, рассказывала мне, что уже в 15 1/2 часов на теле у него были трупные пятна, значит, он застрелился около часу дня. Семья ничего не слыхала. Накануне у него были в гостях Либединские - и, говорят они, нельзя было предсказать такой конец. Ольга Всеволодовна (жена Пастернака) рассказывает, что третьего дня по пути в город он увидел её, остановил машину - и весело крикнул: - Садитесь, Ольга Всеволодовна, довезу до Москвы. Мне очень жаль милого А.А., в нём – под всеми наслоениями – чувствовался русский самородок, большой человек, но боже, что это были за наслоения! Вся брехня сталинской эпохи, все её идиотские зверства, весь её страшный бюрократизм, вся её растленность и казённость находили в нём своё послушное орудие. Он - по существу добрый, человечный, любящий литературу "до слёз умиления", должен был вести весь литературный корабль самым гибельным и позорным путём - и пытался совместить человечность с гепеушничеством. Отсюда зигзаги его поведения, отсюда его замученная СОВЕСТЬ в последние годы. Он был не создан для неудачничества, он так привык к роли вождя, решителя писательских судеб - что положение отставного литературного маршала для него было лютым мучением. Он не имел ни одного друга - кто сказал бы ему, что его "Металлургия" никуда не годится, что такие статьи, какие писал он в последнее время - трусливенькие, мутные, притязающие на руководящее значение, только роняют его в глазах читателей, что перекраивать "Молодую гвардию" в угоду начальству постыдно, - он совестливый, талантливый, чуткий - барахтался в жидкой зловонной грязи, заливая свою совесть вином... 25 июня. Была милая Маргарита Алигер - и вечером заговорила о Фадееве, о его смерти, о том, что он в 1954 г. послал в ЦК письмо, не понравившееся там, и он пытался загладить и т. д. И я возбуждённый не ушёл спать и ходил с нею по нашей улице. (Чуковский К. И. Дневник. 1901 - 1969: В 2 т. - М.: ОЛМА-ПРЕСС Звёздный мир, 2003. - Т. 2: Дневник. 1930 - 1969. - с. 281-283).

Алена: Марина, спасибо, сведения эти - бесценны, тем более, что записаны в ДНЕВНИКЕ, где обычно люди, оставаясь с собой наедине - стараются не врать. Очень показателен последний абзац, перед датой 25 июня, он многое объясняет и проясняет...

Алексей: «Мне сказали об этом в Доме Творчества - и я сейчас подумал об одной из его вдов Маргарите Алигер, наиболее любившей его, поехал к ней, не застал, сказали: она - у Либединских, я - туда, там - смятение и ужас: Либединский лежит в прединфарктном состоянии, на антресолях рыдает первая жена Фадеева - Валерия Герасимова, в боковушке сидит вся окаменелая - Алигер. » ------------------------------------------------------------------------------- Писатель Юрий Либединский (1898-1959) был старым другом Александра Фадеева и старым соратником ещё по РАППу 20-х годов. После самоубийства Фадева Либединский сказал: "Сашка всю жизнь простоял на часах, а оказалось, что он стоял на часах перед сортиром..."

Алена: О, Алексей, слова эти слышала же, конечно, но не знала - КТО сказал...

Люба Шерстюк: Да, свидетельство Корнея Ивановича просто бесценно. Как-то всё с новой стороны открылось. Народ, просветите: а что за дата 25 июня?

Алексей: Люба Шерстюк пишет: Да, свидительство Корнея Ивановича просто бесценно. Как4-то всё с новой сторны открылдось. Народ, просветите: а что за дата 25 июня 1955 года? Это всего лишь день разговора Корнея Чуковского с Маргаритой Алигер о Фадееве, отмеченный в дневнике Корнея Ивановича. Ну и год не 1955. а 1956.

Марина: Из записей Твардовского: 15.V. Смерть Фадеева. Узнал вчера утром. Самое страшное, что она не удивила.Это было очень похоже. Сегодня газеты хамски уточняют причины самоубийства. 20. V. Думал найти последнее письмо Фадеева ко мне, подклеить его в этой тетради и дать "для истории" свои пояснения к нему, но раздумал. Пусть оно лежит, как лежат и другие его письма. Всё это уже прошлое. Разрыв, объявленный им в этом письме, совершился гораздо ранее. Последние годы я уже только сохранял форму вежливости в отношении старой дружбы, а её уже не было, и была ли доподлинно, - трудно сказать. От меня он ушёл раньше, чем от всех нас, а я от него ещё раньше. И теперь мне только страшно жалко его по-человечески, хотя ни в чём не могу себя попрекнуть. Неужели после такого письма: "Прекращаю с Вами всякие отношения" я мог ему звонить, искать объяснений и т. п. Конечно, да, если б я мог предполагать этот его конец. Я бы всем поступился, чтобы спасти его. Но это не было бы искренним душевным порывом, возмещающим понесённую ранее утрату" (А. Твардовский. Из рабочих тетрадей//Знамя, 1989, № 7, с. 182). (Чуковский К. И. Дневник. 1901 - 1969: В 2 т. - М.: ОЛМА-ПРЕСС Звёздный мир, 2003. - Т. 2: Дневник. 1930 - 1969. - Комментарии, с.590).

Люба Шерстюк: Спасабо, Маруся...

Алена: Да-а, вот такой, откровенный и настоящий Твардовский - удивляет. Недавно читала воспоминания его дочери о нем, очень интересные воспоминания, человек, совсем другой, живой и настоящий, а не книжно-хрестоматийный. Хотелось бы и о Фадееве побольше узнать , именно о Фадееве - человеке....

Люба Шерстюк: Алён, ты знаешь, мне бы тоже хотелось!

Алексей: О Фадееве-человеке хорошо написал Илья Эренбург в своих воспоминаниях "Люди, годы, жизнь".

Наталья Захарова: Алексей, а ссылочку не скинете?

Марина: Чуковский: 1953 10-го июля. Пришёл Гудзий, принёс № 7 "Знамени", где рецензия о "Мастерстве Некрасова". - Мы пошли к Сельвинскому, с ним - к Ираклию (Андроникову). Говорили они о Берии, гадали о Берии, проклинали Берию, ужасались Берией, так что мне наконец стало скучно, как ребёнку в церкви. К счастью Ираклий (с обычной своей осторожностью) даже не упомянул об этом деле, но зато дивно показал Фадеева. Даже веки стали у него закрываться, как у Фадеева, - и мне даже показалось, что он сразу стал седым, как Фадеев. Он улавливает ритм, который есть у каждого человека, - воссоздаёт его атмосферу. Все работы Ираклия - на оттенках и тональностях, а когда он на эстраде, оттенки исчезают, и выходит даже не слишком талантливо... ...С 18 по 26 был болен: грипп и желудочная немощь. Исхудал, постарел ужасно. Навещал меня Андроников. Дивный созданный им образ Фадеева. Показывая его, Андр. выпрямляется, словно проглотив аршин, напруживает шею, закидывает голову, шагает сквозь толпу приветствующих его литераторов, как сквозь чащу кустарников, ни с кем не здоровается, не отвечает на многоголосое: "Здравствуй, Саша", "Здравствуйте, Ал. Ал.", - и вдруг видит в сторонке уборщицу: здравствуйте, тётя Маруся... (Чуковский К. И. Дневник. 1901 - 1969: В 2 т. - М.: ОЛМА-ПРЕСС Звёздный мир, 2003. - Т. 2: Дневник. 1930 - 1969. - с. 239-240).

Люба Шерстюк: Потрясающе интересно!

Алексей: Наталья Захарова пишет: Алексей, а ссылочку не скинете? Уважаемая Наталья! У меня книга "Люди, годы, жизнь" появилась ещё тогда, когда не было никакого Интернета. Я посмотрел в Инете6 сколько угодно объявлений о продаже этой книги, но ни одной возможности её скачать я не обнаружил.

Марина: Вот здесь можно: http://lib.rus.ec/a/20282

Алена: Маруся, ну, куда я без тебя?? Спасибо. Обязательно прочту. Отдельное спасибо Алексею за идею.

Наталья Захарова: Спасибо за ссылку

Люба Шерстюк: Маринка! Умница!

Вера: Rech-flot.ru Статьи из журнала Наука и жизнь Молодая гвардия из блокнотов и дневников А.А.Фадеева «МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ» ИЗ БЛОКНОТОВ И ДНЕВНИКОВ А. А. ФАДЕЕВА Кандидат филологических наук В. БОБОРЫКИН. Творчество и общественная деятельность Александра Александровича Фадеева, 80-летие которого отмечается в декабре, оставили такой яркий след в истории советской литературы и в самой ее судьбе, что, должно быть, еще многие десятилетия фигура этого выдающегося писателя будет привлекать живое и заинтересованное внимание читателей и исследователей. Огромный интерес представляют не только сами произведения Фадеева — и художественные, ставшие уже классическими, и публицистические, но и то, как, в каких условиях, какими усилиями они рождались. Проникнуть в лабораторию художника, познакомиться с процессом создания его творений — значит увидеть некоторые из самых сокровенных сторон его творческого бытия и, следовательно, глубже и тоньше понять его самого и то, что им написано. Именно из этих соображений и предлагается читателю небольшая подборка архивных материалов, связанных с работой Фадеева над романом «Молодая гвардия». История этого романа необычна. В отличие or других произведений писателя он не об-думывался заранее, не вынашивался годами, когда шло постепенное, частью целенаправленное, частью непроизвольное первоначальное накопление материала. Все то, что составило основу его сюжета, Фадеев получил, так сказать, в готовом виде. Летом 1943 года к писателю обратился ЦК ВЛКСМ с предложением написать книгу о юных подпольщиках Краснодона. Предложение было подкреплено целым собранием документов, которые только что привезла специальная комиссия, почти полгода изучавшая деятельность краснодонского молодежного подполья. Три с лишним года спустя, при обсуждении его романа в Союзе писателей, Фадеев рассказывал: «Очень было бы интересно посмотреть этот материал. Он составляет большую папку стенограмм, дневников молодежи, фотоснимков. Когда начинаешь его читать, не можешь оторваться, он так полон самой жизнью, что сам материал можно читать, не отрываясь. Если бы в сыром виде вышла кая книга, она читалась (бы), читалась и читалась». (Архив СП СССР. Стенограмма выступления Фадеева на заседании секции прозы в 1947 г.) Краснодонские документы настолько потрясли Фадеева, что он без колебания принял предложение ЦК- ВЛКСМ. Но это вовсе не значило, что он мог немедленно приступить к работе. Необходимо было вжиться в материал, пропустить его через свою душу, ощутить будущих героев в самом себе. А для этого надо было по крайней мере побы-вакь на месте действия. ^Вольше месяца провел Фадеев в Краснодаре Он посещал семьи молодогвардейцев, беседовал с родными и близкими ребят,, с оставшимися в живых участниками событий — словом, прошел, по его словам, «путем этой комиссии Центрального Комитета комсомола, выпытывая у людей те подробности, которых не могли выпытать они, не будучи художниками». И непрерывно вел записи, от-. мечая в своих блокнотах то, что действительно мог «выпытать» и уловить лишь истинный художник. Однако н после этого к созданию романа он все же еще не был готов. Когда несколько месяцев сплетя, в феврале 1944 года, он принялся наконец за работу, замысел его оказался весьма скромным— написать небольшую документально рковую повесть. Тогда же, в феврале, деев сообщал одному- из старых друзей, адеюсь в бляжайшчеовцы закончить повесть о молодогвардейцах Краснодона». Все эти ближайшие месяцы писатель работал над повестью «с громадным напором и увлечением». В августе того же 1944 года другому своему другу, ростовскому писателю П. Максимову, он рассказывал, что работа подходит к концу, что «осталось всего несколько глаь... В ближайшее время надеюсь закончить» Прошло, оДнэко, без малого полтора года, прежде чем книга действительно была закончена. И оказалась она уже не небольшой повестью, а крупным многоплановым романом. Все го время, что Фадеев работал над повестью, он, в сущности, только созревал для создания романа. Созревание это заключалось в ином, более глубоком и остром восприятии событий и их участников и сопровождалось непрерывно пополнявшимися заметками писателя «к плану», которые затем полностью были им использованы. В них наблюдения и мысли писателя и чисто творческие расчеты, в них Фадеев-художник. Предлагаем вниманию читателей отрывки из блокнотов писателя и его заметок. Большинство этих архивных материалов публикуется впервые. КРАСНОДОНСКИЕ БЛОКНОТЫ ОСЬМУХИН. Рослый парень, темно-русый, темно-карие узкие глаза с хитрецой. Своевольное выражение в губах. Настойчивый, вспыльчивый... ..Зимой. Мужское черное пальто с каракулевым воротником. Коричневые брюки. Кубанка на затылок, лихо. Усики пробиваются... Мехцех — за парком. Бывшая мастерская теологоразведки. Володя электромонтер. Анатолий Орлов — друг Володи. Сподвижник Володи. 12 января. Мать Володи: — Уходи, сынок, Анатолий, побледнев: — Не пойду. Он хотел разделить участь товарища. РАНЬШЕ. Анатолий Орлов пришел, сидит, сидит, а Володя лежит на постели, с ним не разговаривает. А Толя все не уходит. (Они поссорились из-за девушки.) Немцы у Осьмухиных после гибели Володи. «Вольга, Вольга. Муттер, муттер». Пьянство, блевота. Покушение на Люсю. С автоматом на мать. «О, Луиза!» «Луиза» за шкафом. Стоят автоматы. Мать почувствовала, что может всех пострелять. Уход немцев. Наш танк. Трупы расстрелянных во дворе полиции. «Наши!» «Тише, а вдруг это немцы». [В кавычки взяты слова собеседника Фа ^ддеева.— Прим. ред.]. «Ночью встану, посмотрю и все не верю, что это наши». Мать Земнухова: «Нас бог крылом накрыл! Неделю не верила, не могли привыкнуть». Мария Андреевна Борц рассказывает: «Жена Суликовского ест яблоки, когда пытают молодогвардейцев». Антонина Елисе-енко. Люся, деЕочка 12 лет, сестра Вали Борц, в полиции. Ее пытали и били. Какие у нее серьезные взрослые глаза и какая навечная горькая из оскорбления складка губ. ЗЕМНУХОВ. ...«Семейный дом» (12 семей). Кирпичный дом, коридор, комнаты. В доме одних детей 23. Александр — 1917 сестра — 1921 Александр работал в типографии в Краснодоне, потом в Ташкенте (окончил 6 классов). Маленький Ваня под копной в поле, В 6 лет знал много стихов, слушал, как брат их учит. Ребятишки на печке поют песни. Ваня встречает овец и едет на барашке. Ходит в церковь. Учится в лаптях. Переезд в Сорокине (Краснодон). Стихи. Книга в ущерб урокам... ...Увлечение Пушкиным. Отец — столяр. 90 рублей заработка. Делает рамы вместе с сыном. Жизнь тяжелая и голодная Слабое здоровье у Вани. Дом отдыха за отличную учебу. Стихи, стихи. Дружба с братом. Послание 6pajy. «Мой преданный и славный друг, Мой дру! прекрасный Саша... Мой лучший друг, мой брат родной».. Мечты о юридическом образовании. Старший пионервожатый в школе (по окончании 10 классов). Молодая гвардия. 20.1.—скончался отец. 14.11.— вошла Красная Армия. — похороны. Отец и мать: «Ты бы шел работать!» «На кого работать? На немца? Чтобы он больше наших убивал? Вот когда придут наши, я первый пойду работать. Поймите, ваш сын, а мой брат в Красной Армии, а вы велите мне идти немцу помогать, чтобы его скорей убили». Разговор с матерью: «Что за смерть — умрешь, и никто не знает, надо умереть так, чтобы вся страна ценила и любила». Сестре: «Хныканьем нечего заниматься. Надо стоять твердо на своем слове». ТЮЛЕНИН. Шатен, слегка волнистые волосы. Худенький. «Босый, не знал обуваться». «Бою не боялся». «Кожа как на верблюду — все зарасталол Очень выносливый. Не любил подлиз. %г Шалун. Прыгнул со второго этажа в школе. Чем ближе Красная Армия, чем больше признаков бегства немцев, румын, тем молодогвардейцы делались менее осторожны. Это все же очень молодые, отчаянные ребята. И, должно быть, многие из них, сидя в полиции, поняли свою ошибку. Если бы они остались живы (после полиции), это были бы люди исключительного политического опыта. ...Настойчивый, веселый, хорошо пел. В ...Молодогвардейцы — люди нового мира, разговоре голос грубоватый. Пел тенором. ушедшего далеко-далеко вперед... Начать с Ули Громовой. Цветок. На берегу речки Каменки. «Какая чудная эта Уля». В разгар эвакуации Кошевой останавлива-с-1 панику. Земнухов и Попов помогают ему. Уля обращает внимание на Кошевого. Об организации подполья. Беспечность, свойственная отважной славянской душе. Момент прихода немцев хорошо описан у сестры Володи Осьмухина. Следует это хорошо связать — через Осьмухина — с Лютиковым и взрослыми подпольщиками. Тюленин в 4-м классе на уроке выпускал воробьев из-под парты. При описании Любы Шевцовой о ее губах. Губы у нее — по контрасту с голубыми глазами и вздернутым носиком взбалмошной девушки — были губами ее матери, женщины из народа, познавшей много горя и труда. У нее повторялись черты матери при полной внутренней противоположности. Мать — тихая, добрая, тихо, ровно работающая, робкая. Люба — смелая, громкая, настойчивая, стремительная — вся, как огонь. Нина Нванцова — Олег Кошевой — Степа Сафонов. С Кошевым удобно танцевать, он ведет так уверенно, спокойно,., А ты, Степа, маленький и на ноги тебе наступаешь, и ты все время трепешься. Ей-богу, с тобой не-возможно танцевать. Ульяна Громова, Разговор «о диалектике» вначале и — в тюрьме. Лучше Майя Пегли-ванова. Сергей Тюленин возвращается с «дела» весь в грязи. Ваня Земнухов отмывает етц на кухне горячей водой. Они играют в банщика и барина. Хорош Тюленин в роли барина: «Потри-ка мве вот тут, любезный». Краснодон. Сюда А. Фадеев приезжал осенью 1943 года для сбора материалов о «Молодой гвардии». Фото 1950-х годов. ИЗ ЗАМЕТОК «К ПЛАНУ» Для того, чтобы чостроить здание, нужно много людей-тружеников, чтобы уничтожить — достаточно одного человека с динамитом. Так в жизни общества: когда идет созидание нового общества, в этом участвуют. Множество хороших людей, и они определяют лицо этого общества. С приходом немцев единицы подлецов все это предают, разваливают, разрушают. Но именно эти единицы выплывают на поверхность. Одна из глав должна начаться с этого рассуждения. Далее — как Стаценко стал бургомистром и кто он такой. Далее — как Шульга попал в тюрьму и кто такой предавший его Фомин. Размышления Шульги в тюрьме. Исповедь души. За «общим и целым» часто не видно «отдельного». За «дальним» ближнего, за «народом», «человечеством» отдельного человека. Много суеты, бумаги, кажущегося, внешнего, представительского, а на с^те важно только одно — люди, живые Уля мечтает о своем герое. Здесь нет ее героя. Кошевой, которого она глубоко уважает, тоже не может быть ее героем: он слишком открытый, простой, а главное — он моложе. Ее герой демонической силы. Когда ее пытают, она стремится быть равной этому воображаемому герою: он как бы стоит с ней, осенив ее крыльями. «А я бы полетела с демоном»,— говорит она подругам, комментируя лермонтовского демона (это где-то раньше в тексте книги). Во время пыток — Уля изводит палачей уничтожающим презрением, необычайной высотой своей могучей душевной позиции, Тося Елисеенко клокочет ненавистью, Шевцова изводит насмешками, издевками и озорством, которых палачи не смогут сломить. Тося Елисеенко после пытки в камере: «Ребята, на каком курорте мы находимся?» «Шура, ты не плачь, тебя бить не будут, за нас не беспокойся. Нас все равно расстреляют. Но наши придут. Жди». (Сестре Щербакова, учительнице.) «Взмах руки да последнее прости (когда угоняли в город) на всю жизнь остались в моей памяти». У Шуры Бондаревой, с ее мальчишечьими повадками, в тюрьме вдруг раскрылись ее самые нежные девичьи черты: как она поет, чтобы брат слышал ее песню за стеной! Тюленин говорит: «Ну вот и все». Это значит, он уже потерял силы и надежды на то, что он убежит и будет жить. Но эти силы жизни вновь заговорили в нем, когда он развязывает руки Ковалеву.

Ksenia: Скажите, а никому не попадались в электронном варианте переводы романа Фадеева на другие языки? Очень было бы интересно.

Jemile: Мне, к сожалению ,не встречались :( Действительно, интересно бы было.

DmitryScherbinin: В музее школы N312 хранятся издания "Молодой гвардии" на разных языках. Теоретически можно было бы отсканировать, но кто будет вычитывать-исправлять ошибки?

Игорь: В Каснодонском музее собрана целая коллекция книг о Молодой Гвардии на иностранных языках. Довольно внушительная коллекция.

DmitryScherbinin: Пересказ Фадеевского романа на английском языке, Вы можете найти по следующему адресу: http://www.sovlit.com/youngguard Мог бы попытаться отсканировать книгу на англ. языке, но это будет осенью...

Игорь: Я когда-то по просьбе директора школы имени Горького привозил из Германии книгу Фадеева на немецком языке. Иван Родионович собирал коллекцию иностранных изданий Молодой Гвардии. Интересно, куда подевалась эта коллекция после его смерти?

Tanaka: А зачем? Сканировать обложки можно, но текст - к чему?

DmitryScherbinin: Tanaka пишет: А зачем? Сканировать обложки можно, но текст - к чему? Может, найдутся англоязычные читатели? Хотя я понимаю, что "Молодая гвардия" больше известна в России и Украине, а в других странах и своих героев хватает...

юляша: А мне было бы. Интересно на итальянском почитать, но увы, итальянского издания не встречала

Ksenia: Если кто-то отсканирует на польском и(или) французском и пришлет мне скан на эл. почту, я могла бы вычитать на предмет ошибок. Не очень быстро, но в принципе могла бы. На самом деле это важно, иметь переводы в эл. варианте. Книги есть только в музее, а ознакомиться, наверное, хотели бы многие.

Ksenia: А что касается интереса иностранцев, у меня, например, есть друзья за границей, они с удовольствием бы прочитали, но там это сейчас уже невозможно достать.

Ksenia: Или можно сделать в формате pdf и так читать без распознавания. В один файл согнать, это вполне удобоваримо читается.

Марина: Книги Фадеева на разных языках, в том числе "Молодую гвардию", можно купить здесь: http://www.eurobuch.com/ У меня высветилось 13 страниц только книг Фадеева. Или на интернет-аукционах вроде ebay, там их тоже было полно. Не знаю, правда, как насчёт рассылки в страны СНГ, я специально не узнавала. А вообще, у меня не сложилось впечатления, что раздобыть роман в переводах - большая проблема. По крайней мере, в моём городе. В библиотеках есть точно.

Tanaka: Ну, если так... Если в самом деле какому-то англичанину или американцу интересно... Я могу попробовать вычитать английский и чешский.

Ksenia: в библиотеке уже лет 10 не была, все больше в интернете... книга в печатном варианте имеет свои плюсы, но и много минусов.

Лола: Ksenia пишет: Если кто-то отсканирует на польском и(или) французском и пришлет мне скан на эл. почту, я могла бы вычитать на предмет ошибок. Я в октябре когда в универ поеду, постараюсь поискать в старых букинистических магазинах или библиотеках... Ну а вдруг все же?)))

Annita: Предлагаю каждому сказать об этом и желательно объяснить почему. Наверняка у каждого есть такие места, которые перечитываешь и читаешь каждый раз как в первый раз. Начну с себя. У меня три любимых места. Первое - разговор между Ваней Земнуховым и Клавой Ковалевой в день эвакуации жителей города. Особенно меня впечатлил момент, как она его поцеловала и стыдливо убежала А дальше его мысли, когда он уже один. Ужасно трогательно. Второе - потрясла до глубины души гибель Валько и Шульги, их последняя ночь перед казнью. Их душевный разговор, объяснение в дружбе друг другу. Плачу всякий раз, но не могу оторваться. И третий - это когда Сережка Тюленин моется в кухне в доме Вани Земнухова, а тот с ним как банщик разговаривает. И смешно, и грустно, и радостно одновременно. А какие места в романе любите перечитывать вы?

leno4ka: Ой, У меня тоже! То место, где сережка моется у Вани на кухне - совершенно потрясающее! Обожаю его перечитывать..мне начало романа очень нравится с этой лилией, девчачьими разговорами. Все места , связанные с лЮбой и СЕрежей, уж очень хорошо они у него получились. И конец. Пытки , казнь. Очень - сильно передал ... При этом не особенно "смакуя пытки"...Кстати , сцены поведения ребят в тюрьме - самые правдивые. Чуть ли не слово в слово с документами, воспоминаниями той же Борц. Сухо, без излишнего пафоса, а просто констатация фактов. И от этого впечатление - еще более сильное.

Tasha: Я вообще считаю роман очень талантливым произведением, очень красиво и трогательно написанным. Особо тронули меня такие эпизоды: 1. Даже не эпизод, а лирическое отступление, начинающееся словами "друг мой, друг мой..." после которого Фадеев описывает историю смерти своего друга, во времена борьбы во Владивостоке. 2. Возвращение Сережки домой, к неминуемой гибели (начиная от сражения в Каменске, когда он подумал, что все товарищи мертвы, когда он разминулся с Валей в каком-то селе (почему-то очень запомнился эпизод, казалось, что если бы они встретиились, он остался б живым), возвращение домой и арест). 3. Побег Ковалева из-под расстрела и крики Сережки "Ушел, ушел" Понимаю, что два последних епизода содержат больше фантазии автора, чем реальных вещей, но от этого они написаны не меннее талантливо.

Vilemina: Мне, кроме уже названой здесь сцены Вани и Сережки после казни Фомина, очень нравится описание встречи Любы с Сергеем Левашовым в окупированом городе и вообще все эпизоды с ними связаные (вечер в парке перед тем, как Сергей идет на задание!). И конечно, момент прощания ребят у Осьмухиных, перед уходом в эвакуацию. Но лирическое отступление "Друг мой, друг мой.." я просто не могу читать, для меня оно невыносимо патетичное. Я знаю, тут не виноват Фадеев, просто у нас непривыкли так открыто, "вовсю" выражать чувства. (Вообще, самый лучший перевод в сравнении с оригиналом будет "суховатым".)

Annita: Tasha пишет: Понимаю, что два последних епизода содержат больше фантазии автора, чем реальных вещей, но от этого они написаны не меннее талантливо. Так мы как раз и обсуждаем именно роман. Я интересовалась именно местами в романе, абстрагируясь от личных симпатий форумчан к реальным молодогвардейцев. Молодец Фадеев все же...

Дарья: Согласна полностью с предыдущим оратором!) Мои любимые места: 1) это оба больших эпизода с Ваней и Клавой (объяснение в любви, ночёвка Вани у Клавы). 2) "Мама, мама, помню руки твои..." 3) Начало с лилией, 4) Когда Уля читает "Демона" ... Ну и вообще весь роман целиком. Позапрошлым летом читала его очень медленно и вдумчиво - едва ли не по слогам. Наслаждалась и одновременно пыталась понять, в чём мастерство автора. Ууух! Тут, конечно, можно долго рассуждать о композиции, о лирических отступлениях, об особенности построения фраз и использовании "украинизмов", о глубоком изучении материала и любви к своим героям, о противопоставлении героизма и предательства, но, ей-Богу, неохота! И ещё. Как бы ни ругали Фадеева за все его выдумки - именно он дал жизнь этим ребятам и девчатам.

Lota: Спасибо за такую тему! Удивительное в романе начало. Я уже где-то писала,что зарисовку про Улю и лилию Фадеев переделывал 18 раз.Сначала в черновиках было много исправлений,а потом разница была только в 2-3 словах. И всё равно Фадеев переписывал,добиваясь идеальной точности. Об этом хорошо написано у Боборыкина. Мои любимые эпизоды: появление в романе Любки(комментарии там бесподобные!),концерт в клубе,эпизод с девочкой"гриб-боровик",поведение Любки в тюрьме. А вообще этот роман -особый мир ,в котором хочется оказаться,хочется быть рядом с ребятами.Очень романтично изображена героическая жизнь ребят.Романтики,естественно нет в конце.Сухие жёсткие факты о страданиях ребят в тюрьме и гибели.Фадееву,конечно,огромное спасибо.

Tanaka: О подвиге краснодонских юношей и девушек Фадеев, как и все, прочитал в "Правде", летом 1943 года. Обрадовался, когда в ЦК комсомола ему предложили немедленно отправиться в Донбасс, в командировку. События развивались стремительно. 15 сентября в "Правде" появился Указ о присвоении звания Героя Советского Союза пяти организаторам и руководителям подпольной комсомольской организации "Молодая гвардия". Остальные участники, погибшие и оставшиеся в живых, награждены орденами. В этом же номере газеты - большой очерк А. Фадеева "Бессмертие", написанный буквально за несколько дней. Фадеев ходил счастливый, возбужденный. Он снова собирался в Донбасс: - Тут может получиться больше, чем очерк! Получилось. Фадеев привез материал для романа "Молодая гвардия". Непреложное правило любой редакции: не выпускать джинна из бутылки, пока не будет сдана хотя бы половина произведения. Автор - живой человек, мало ли что может случиться. И еще - вдруг не хватит творческого запала, мастерства! Тут ситуация особая. Во-первых, талант Фадеева: не было сомнений, что он "не сойдет с дистанции". Во-вторых, подгоняло время: такую рукопись нельзя долго держать в столе. И журнал рискнул. Первые главы были напечатаны в "Знамени" N 2 за 1945 год. Все же накладка произошла! Два номера, в июле и августе, вышли без "Молодой гвардии". Читатели телефон в редакции оборвали. Мама "зашивалась", поэтому даже радовалась отсрочке-задержке. Но с другой стороны - с каким нетерпением ждали мы каждую новую порцию! Мама, теперь можно признаться, подкладывала копирку, делала лишний экземпляр и приносила домой. Текст был слепым, не отредактированным. Но мы зачитывали его до дыр. Мы и наши знакомые. И знакомые знакомых. - Поздравляю, - кричала мама в телефонную трубку, когда роман вышел, и когда появилась первая восторженная рецензия. Не где-нибудь, в "Правде"! Но победа была пиррова. Через несколько месяцев в той же "Правде" - разгромная статья: Фадеев сгустил краски, описывая отступление наших войск, слабо показал руководящую роль партии. Фадеев перевел дух, и начал писать второй вариант романа. Говорил Лиде Либединской, что переделывает молодую гвардию на старую. И еще работал над пьесой, которую ставил театр Киноактера. И над сценарием фильма. Смутно помню его рассказ, как вручал какую-то премию Инне Макаровой, исполнительнице роли Любки Шевцовой. Сначала Инна Макарова должна была играть Валерию Борц. Потом поняли, что выбор не верен. Любка - вот героиня Инны Макаровой! А Валей Борц стала Людмила Шагалова. В конце 1947 года Фадеев пришел, как в воду опущенный: - Завтра фильм будет смотреть Сталин. Ничего хорошего от этого просмотра никто не ждал. Беда в том, что картина снималась по первой редакции романа, тогда еще не раскритикованной. Фадеев был уверен, что двухсерийный фильм Сергея Герасимова будет запрещен. Странно, но катастрофы не произошло. Сталин ограничился теми же замечаниями: сцены отступления и роль партии. В общем, доделать-переделать. Но фильм - не рукопись на бумаге. "Переписать" съемку нельзя. Тем не менее, сделали невозможное: что-то вырезали, что-то добавили голосом за кадром. Я, к сожалению, плохо помню фильм, но мне рассказывали, что Сергей Герасимов успел даже убрать сцену, когда предатель Стахович-Третьякевич на допросах выдает своих товарищей. Сильнейшую сцену. Но что же делать! К тому времени выяснилось: не Третьякевич был предателем! Потом всплыли и другие факты. Споры вокруг романа и событий в Краснодоне идут до сих пор. Много сделал для установления истины журналист Ким Костенко, который в 50-е годы работал собственным корреспондентом "Комсомольской правды" в Донецком и Ворошиловградском районах. Книги Костенко, статьи других авторов говорят о том, что не все молодогвардейцы играли ту роль, которую отвел им Александр Фадеев. Документы свидетельствуют, что создателями отряда "Молот" - так сначала называлась организация - были Евгений Мошков, Иван Земнухов и Виктор Третьякевич. Причем, именно Третьякевич, а не Олег Кошевой, был комиссаром. Олег появился чуть позже, стал начальником разведки. А Земнухов - начальник штаба. Командир отряда - Иван Туркенич, кадровый офицер, бежавший из плена и вернувшийся в родной Краснодон. В романе он оказался как бы не у дел. В 1990-м году, спустя почти полвека, справедливость восторжествовала. Виктор Третьякевич был внесен в список "Молодой гвардии" и награжден орденом Отечественной войны первой степени. Иван Туркенич награжден Золотой Звездой Героя. Оба посмертно. Появились документы и об истинных предателях. Как утверждают авторы публикаций, донос написал Геннадий Почепцов - на имя начальника шахты N1-бис. Тот передал его начальнику Краснодонской полиции Василию Соликовскому. Он-то и приказал своему заместителю, Василию Подтынному, начать аресты. Не позавидуешь судьбе Выриковой и Лядской. В романе названы подлинные их имена... Девушки-подружки будто бы согласились сотрудничать с гестапо. А они, как потом оказалось, даже не знали друг друга. Познакомились только в 1990-м году, когда были реабилитированы. Старые, больные: Почти 50 лет несли они свой тяжкий крест. В моей жизни роман Фадеева занимает особое место. В университете темой дипломной работы я выбрала "Две редакции "Молодой гвардии". В 1955 году, спустя 10 лет после выхода романа. Фадеев был тогда еще жив, мама продолжала с ним работать. Правда, эпизодически: печатала главы из будущего романа "Черная металлургия". Мы надеялись, что он "наполнит" мой диплом фактами, не вошедшими в роман. Встретиться со мной Александр Александрович отказался: некогда, плохо себя чувствует. Мама даже обиделась. И лишь потом мы поняли-догадались: дело не во времени и не в самочувствии. Не хотел ворошить прошлое: не все там однозначно... В последние годы жизни Фадеев ходил подавленный, много пил, говорил о самоубийстве. Словом, не до нас ему было. Все же мне удалось поговорить с участником подпольной организации. Пять из оставшихся в живых молодогвардейцев ушли на фронт. Среди них Жора Арутюнянц. Весной 1958 года я взяла интервью у Георгия Минаевича Арутюнянца, в его московской квартире, на Шмитовском проезде. Вот отрывок из моей статьи, опубликованной в "Московском комсомольце": Однажды вызывает меня командир роты: - Ты, говорит, в Краснодоне жил? - Жил. - Кошевого, Тюленина знал? - Знал. - Да что же ты молчал! - и командир стукнул кулаком по столу. Скоро все разъяснилось. Оказывается, в газете был Указ о награждении орденами участников "Молодой гвардии". Среди награжденных командир нашел и мою фамилию. Весть об этом быстро облетела всю роту. Меня горячо поздравляли, просили рассказать о деятельности молодогвардейцев. И вдруг сообщают, что срочно вызывает командир. Вхожу и глазам не верю: навстречу идет Иван Туркенич, наш боевой командир. Оказывается, мы с ним все время служили в одной дивизии, он заместителем начальника штаба артполка, а я автоматчиком в стрелковом полку. Часа два проговорили мы с Ваней. Вспоминали товарищей, их героическую гибель. Туркенич, назначенный помощником начальника политотдела дивизии по комсомольской работе, дошел до Польши. Под городом Глогув был смертельно ранен. Георгий Минаевич рассказал, как сложилась судьба оставшихся в живых молодогвардейцев. Нина Иванцова, демобилизовавшись, кончила партийную школу, была инструктором Луганского обкома партии. Оля Иванцова, ее двоюродная сестра, - в горкоме партии в Кривом Роге. Михаил Шищенко - секретарь парторганизации шахтоуправления в Ровеньках. Валерия Борц окончила в Москве институт иностранных языков. Василий Левашов и Анатолий Лопухов - московскую военно-политическую академию имени Ленина. Эту же академию окончил и Жора Арутюнянц. Маленький Радик Юркин, про которого Фадеев написал, что он "привык рано ложиться спать", стал морским летчиком. Напомню: встреча с Арутюнянцем была в 1958 году. Много воды утекло с тех пор. Старшее поколение начинает забывать о романе Фадеева, новое ничего о нем не знает. Из школьной программы "Молодая гвардия" давно уже выброшена. Как и "Повесть о настоящем человеке"... В июле 2001 года умер последний из оставшихся тогда в живых членов "Молодой гвардии" - Василий Левашов. Я перерыла весь дом в поисках книги "Молодая гвардия". Надо ли говорить, что в свое время она была подарена! Нет, не нашла! Смутно помню: кажется, ее взяла почитать соседка: Елена Мушкина :: Век одной семьи http://1001.ru/books/mushkina/013.htm

Лисичка: В роду Фадеевых самоубийство было наследственным! Дочь Фадеева и М. Алигер тоже убила себя!

Tasha: Я думаю, самоубийство не может быть наследственным

Лисичка: Склонность к самоубийству может передаться, а вот совершат его люди или нет зависит только от них. В роду самоубийц часто бывают еще самоубийцы до или после поколения.

Аглая: Дима, спасибо за публикацию писем Фадеева подруге юности. Меня всегда удивлял такой факт, что в моем детстве мне ни разу не пришлось встретиться с живым участником революции или гражданской войны. Участники ВОВ к нам в школу приходили, они были тогда совсем не старыми людьми и выступали неинтересно - как-то все сводилось к поучениям: вы должны заниматься спортом, уметь плавать и т.д. и т.п., никаких простых эпизодов они не рассказывали (то что детям могло быть интересно) а пересказывали учебник истории и частично свою биографию. А живого участника революции я очень хотела бы послушать - но не было этого почему-то, хотя по возрасту они были вроде нынешних ветеранов войны. То ли этих участников порасстреляли всех на момент моего детства. Я помню, привязывалась к своей прабабушке и её приятельницам: "Как вы узнали, что теперь социализм наступил?" Они, естесственно, на этот вопрос ответить не могли, а бабушки были детьми тогда, ничего не помнили. Только художественная литература и фильмы, но там же вымысел присутствовал. И вот, письма Фадеева. Как он гордится экспроприацией имущества хутора, на котором недавно гостил... Ну и многое другое, конечно, романтика партизанской борьбы. Интересно пишет, как "полностью" прошла и "испарилась" в суровых боях за новую жизнь его первая любовь. Фадев сам пишет в письмах, что он был моложе на год на два своих товарищей по коммуне, а автор послеловия к письмам утверждает, что Фадеев был руководителем коммуны вместе со своим товарищем. (Прямо Олег Кошевой!) И ещё заинтересовало то, что девочку Александру уменьшительно звали Асей...(я читала об этом варианте в словарях, но ещё не встречала в жизни. В общем, ещё раз, спасибо за публикацию писем.

chingischan: A я вот встречала реальную участницу войны с реальными воспоминаниями на Украине, причем 1925 года рождения, и она рассказывала, как она в Смерше оказалась, и слушала я ее ужасно, и мне сейчас так стыдно, что я плохо слушала, до боли. Так стыдно, ужас.



полная версия страницы