Форум » Враги » Василий Соликовский (Суликовский) » Ответить

Василий Соликовский (Суликовский)

DmitryScherbinin: О начальнике Краснодонской полиции, и, по моему мнению, главном враге Молодогвардейцев известно не так уж много. Попробуем собрать сведения о нём воедино. Прежде всего, хотел бы отметить, что в ранних документах его фамилия пишется как Суликовский, вариант же "Соликовский" появился, на мой взгляд, после выхода романа Фадеева. Из письма рабочей группе по изучению деятельности "Молодой гвардии" от Иманали М.Ю "...Черникову удалось стать первым бургомистром Краснодона. Но его не возлюбил шеф Краснодонской полиции Соликовской, невежда и хам. Кто он? До начала войны Соликовский работал начальником мелкой шахтенки "Песчановка" в хуторе Герасимовка, Краснодонского района. В канун войны за хищение и присвоение средств предприятия был арестован и осуждён вместе со своим снабженцем Андреем Пушкарным - отцом моего одноклассника. Появился Соликовский в районе вместе с оккупантами в форме петлюровца, занимался выборами, вернее назначением старост. С первых дней совместной работы Соликовского с Черниковым у них не возникло взаимопонимания и коварный пройдоха Соликовский, пользуясь неограниченным пониманием в жандармерии, заподозрил Черникова в связи с партизанами..." В повести Башкова "Иван Земнухов": Предварительные допросы арестованных проводил не Кулешов, назначенный старшим следователем по делу "Молодой гвардии", а сам начальник полиции. Позже, на суде, Кулешов (в прошлом деникинский офицер) заявит, что Соликовский слыл среди фашистских жандармов и полицаев непревзойденным мастером пыток. У него была патологическая страсть к истязаниям людей, которых он, по его же циничному выражению, всего лишь приводил "к сознанию". На совести этого изувера, бывшего атамана одной из петлюровских банд, десятки замученных, расстрелянных и повешенных людей. Стены, пол и мебель в его кабинете, как свидетельствуют очевидцы, были забрызганы кровью молодогвардейцев, которым отрезали языки, носы, уши, прижигали раскаленным железом кровоточившие раны, подвешивали вниз головой, ломали ребра, вырывали волосы, отрубали пальцы..." В книге Кима Костенко "Это было в Краснодоне" "За этим столом восседал рослый мужчина лет сорока в темно-синем френче, плотно облегавшем грузную фигуру. На бледном одутловатом лице его с крупным прямым носом и мясистыми губами резко выделялись густые мохнатые брови, под глазами отвисали землистого цвета мешки. Это был начальник краснодонской полиции Соликовский. Василия Соликовского знали многие жители Краснодона. В город он приехал несколько лёт назад, после того как отбыл срок в исправительно-трудовых лагерях. За что он попал туда и сколько пробыл - об этом Соликовский никому не рассказывал. Поначалу он устроился десятником на одной из доживавших свой век небольших шахтенок. Но продержался там недолго: с людьми десятник обращался грубо, несколько раз приходил на работу пьяным, однажды ни с того ни с сего накинулся на молодого рабочего с кулаками. Незадолго до начала войны его уволили. После этого Соликовский целыми днями слонялся по пивным, плакал пьяными слезами, ругая на чем свет стоит советскую власть, которая так несправедливо обошлась с ним. В пивных он нашел себе подходящую компанию из мелких жуликов, таких же, как он, пьяниц. Эта компания причиняла краснодонцам немало беспокойства: не проходило дня, чтобы пьяные дружки не затеяли где-нибудь драки, кого-нибудь не ограбили. Когда с запада донеслись первые отголоски канонады и в городе появились отступающие советские войска, Соликовский внезапно исчез. Рассыльный Краснодонского военкомата, принесший повестку с вызывом на призывной пункт, застал дома только его жену. - Ушел мой Васенька туда, - махнула она рукой в сторону приближающейся канонады, - не стерпела его душа, добровольцем на фронт побежал. ...Через несколько дней город заняли фашисты, и жители Краснодона снова увидели Соликовского. Он важно шагал по улице в белой папахе с малиновым верхом, в синем старомодном френче и широких штанах с желтыми лампасами. К поясу была прицеплена гибкая ременная плеть." "А однажды, когда у Соликовского собрался вечер, - вспоминает Валерия Борц, - Семен Остапенко перерезал электрические провода, и вечер был испорчен". Из воспоминании матери Любы Шевцовой Ефросиньи Мироновны "...Потом к нам пришли немцы и привели с собой Люб.- Переодеваясь за шкафом, она успела шепнуть мне: "То, что чемодане, сожги". Увели ее, а я сразу за чемодан, раскрыла - там пачки бумаги, перевязанные шпагатом. Быстро побросала их в печь. Не успело сгореть все, заявился проклятый Соликовский с немцами, сделали обыск, но в печь заглянуть не догадались - , там тлели бумаги. Чемодан, как выяснилось позже, принадлежал Жоре Арутюнянцу, в нем были готовые листовки". Из книги "Матери молодогвардейцев" "26 января 1943 года полицаи пришли за Татьяной Ивановной. Ее бросили в холодную камеру, где уже находились Александра Васильевна Тюленина, Люба Шевцова, Аня Сопова. Допрашивал Сафонову Соликовский. - Я не знаю, где мой сын. А если бы и знала, не сказала бы тебе, извергу,- ответила Татьяна Ивановна. - Вот всыпем тебе тридцать шомполов, заговоришь по-другому,- палач в ярости сбил женщину с ног. И полицаи принялись бить ее прутьями." Из биографии молодогвардейца Владимира Загоруйко: "28 января 1943 года Владимир Загоруйко был схвачен фашистами. Свидетель ареста Т. Леонова вспоминает: "Среди тех, кто арестовывал Владимира Загоруйко, был начальник полиции Соликовский. Он сидел в телеге, а Володя шагал по сугробам со связанными руками, босой, в одном белье. Хуторские полицейские подталкивали его прикладами автоматов". " Из рассказа матери Валерии Борц, Борц Марии Андреевны. В полиции меня обыскали, зарегистрировали, затем повели в кабинет к начальнику полиции Суликовскому. Кабинет был залит ярким электрическим светом. Справа стоял шифоньер, прямо перед дверью - мягкий диван, а слева буквой "т" были поставлены два стола, накрытые дорогими скатертями. За столом в большом полукруглом, мягком, кожаном кресле сидел человек "устало" облокотившись на правую руку, вторая рука его покоилась на столе. Его рука и костюм были в крови, на мизинце правой руки дрожала капля крови, готовящаяся упасть на стол. На столе лежали всевозможного рода плети: толстые, тонкие, широкие, как ремни, плети с металлическими наконечниками. Слева от человека сидел Захаров и улыбался. У дивана стоял Земнухов. Он был без очков и казался более обычного сутуловатым. Глаза красные, веки сильно воспалены. На лице ссадины и кровоподтеки. На полу лежало его пальто. Вся одежда на нем была в крови, рубашка на спине прилипла к телу. На полу краснели большие кровавые пятна. Эта картина произвела на меня жуткое и потрясающее впечатление, я сжала кулаки и невольно сделала шаг назад. Вдруг из-за стола поднимается детинушка громадного роста, богатырского сложения с огромными сжатыми кулаками. Казацкая шапка была одета на бок, а черные слегка вьющиеся волосы выбивались из-под неё. Глаза у него были черные, маленькие, жестокие и колючие. Он сделал несколько шагов по направлению ко мне и, потрясая своими огромными кулачищами в воздухе, громовым голосом заорал: - Артистка! Я сам такой артист, - и по моему адресу посыпалась жуткая ругань, - Где дочка? С кем ушла? - кричал Суликовский, и вплотную подошел ко мне. Я ответила, что ничего не знаю о дочери, она мне сказала, что уходит в село менять. - А где шуба, почта и гранаты? - кричал он, - ты тоже не знаешь? - и с страшной силой ударил меня по лицу. Я пошатнулась. Помощник ударил меня с другой стороны. Воздух был оглушен страшной руганью, всевозможными эпитетами по моему адресу. На мою голову посыпались удары то справа, то слева и я шаталась то в одну, то в другую сторону. Лицо сильно горело, в ушах звенело, а кулаки сжимались в бессильной злобе... Повернувшись к Земнухову, Суликовский заорал: - Где гранаты? Земнухов устало ответил: - Не знаю. Начальник приказал вывести меня. Полицейский, засуетившись, спросил: - Куда ее отвести? - Да-а,- протянул начальник,- у нас женской камеры нет. Но ты помести всех женщин в комнате напротив моего кабинета. ... ... Громовой голос орал: "Давай сюда Третьякевича!" "Третьякевича! Третьякевича!" - пронеслось по коридору. Где-то недалеко щелкнул замок и послышались шаги. В кабинет прошел Третьякевич. Снова были слышны удары плетей, лязг железа. По-видимому, били двое, так как удары были похожи на удары, производимые кузнецами, когда они бьют по наковальне: раз-раз, раз-раз, раз-раз! - доносилось из кабинета. Раздались протяжные и глухие стоны, затем они стали переходить в какое-то жуткое мычание. Слышны были и окрики Суликовского. Проходили минуты, а мне они казались вечностью. В коридоре суетились: пронесли шомпола, какие-то широкие ремни и веревки. Страшные вопли оглушили воздух. Я не выдержала, встала, отошла от дверей. ... ... ... Жизнь в камерах текла своим чередом при том же распорядке суток. Утром с 6 до 12 часов дня истязания людей, с 12 до 3-4-х часов производили передачу и примерно с 4-5 часов до 1-2 ночи снова пытки. Была слышна ругань, стоны истязуемых, жуткие вопли. Полицейские бегали по коридору, приносили воду, и вытаскивали из кабинета Суликовского и из кабинета следователя полумёртвых людей и тащили их в камеры. ... ... ... Я подошла к двери и с ожесточением стала стучать кулаками и ногами в дверь. Конвоир заорал: - Кто бесится? Я продолжала стучать. Наконец отперлась дверь и на пороге появился Суликовский. Он заорал своим громовым голосом: - Чего бесишься? Или вне очереди захотела получить порцию? Так я умерю твой пыл! Я себе кричала: - Вы мне скажите, существует у вас какой- нибудь закон? Есть ли у вас какие-нибудь права? За что вы держите меня и ребенка? Почему не даёте есть? - Да ты я вижу из волков! - сказал Суликовский, затем обращаясь к полицейскому добавил, - Дай им хлеба, - и захлопнул дверь. ... ... ... Захаров получил "повышение" по службе за раскрытие партизанского отряда. По политической части он стал самостоятельно решать дела, без вмешательства Суликовского. Ему нужен был отдельный кабинет. Ночью нас всех вызывали на допрос и вновь производили полную регистрацию. На утро вошли несколько человек из жандармерии, Суликовский и переводчик. Суликовский объяснил жандарму, кто и за что был арестован. ... ... ... Вечером 15/I стали вызывать много молодёжи из мужских камер. Мы притихли и слушали. Суликовский своим громовым голосом вызывал то одного, то другого, предлагая собраться с вещами. Из нашей камеры вызвали Соколову и меня. Мы стали выходить. Дубровина бросилась ко мне на шею, заплакала и сказала: - Что это, освобождение или смерть? Девушки волновались. В коридоре в одну шеренгу была построена молодёжь, и против каждого комсомольца стоял немец. Таким образом получилось две шеренги, расстояние между шеренгами было в один шаг: враги стояли друг против друга, лицом к лицу, у многих комсомольцев были сжаты кулаки. Переводчик держал какую-то бумагу в руках. Суликовский суетился, на пороге появилась я, он схватил меня за плечи, толкнул к выходу и сказал: - Иди, иди отсюда! Я спросила: - А мои документы? - Потом получишь! - крикнул он. Из воспоминаний Аникиной Светланы Александровны (сестры Владимира Жданова) Володя перед расстрелом схватил начальника полиции Суликовского и крикнул: "Хоть один гад иди с нами". Ещё б полшага и Володя втянул бы в шурф Суликовского, но помощник Суликовского Захаров выстрелил Володи в висок. Володя упал в шурф, а Суликовский напуганный до смерти, остался жив. Это рассказывал один человек возле шурфа, когда извлекали трупы, после освобождения Краснодона.

Ответов - 174, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 All

Маша: Сейчас пыталась найти ответы на вопрос Галины, но что-то никак не попадается нужное инфо.Напишу пока со своих слов.Кто найдет киньте ссылку.Туркенич утверждал что флаг был у Кошевой, она с этим была согласна, говорила, что флаг хранился у нее дома около двух дней и был прибит под крышкой стола. Левашов говорил, что он находился у кого-то из ребят и все-таки тоже упоминал о Кошевых.Надеюсь не на путала ничего.

Маша: В декабре месяце 1942 г. в 5 часов дня пришел к нам Тюленев Сережа с записочкой от Олега, он писал: "Мама, дай Сереже мой револьвер и в матраце пульки дай, семь пулек. Я приду после кино в семь часов". К 8 часам пришел Сережа и принес большое знамя немецкое. Олег мне сказал, что знамя Сережа унес из театра очень секретно, об этом никто не знает, а твое, мама, дело спрятать это знамя. Девушки спорят свастику и вышьют серп и молот и, когда придут наши, мы им вручим знамя от группы "Молодой гвардии". Тогда я прибила гвоздики под крышку стола и там прикрепила. Очень много говорили тогда в городе об этом. Когда начались аресты, пришла Валя Борц и забрала знамя. http://www.molodguard.ru/guardian1.htm Это то, что Кошевая говорила. Пойду еще раз про остальных поищу.

Галина: Маша пишет: Это то, что Кошевая говорила Маша спасибо. Но Туркенич говорил совсем другое: ...один случай был, это когда мы принесли флаг из клуба к ней на квартиру, то она сказала нам - унести его скорей отсюда..... (запись беседы с Иваном Туркеничем 4 ноября 1943 года) Еще Евгений Мошков тоже для чего-то украл немецкий флаг: ...В начале ноября 1942 Евгений украл в клубе немецкий флаг, который они сожгли на Гулиной балке.... (из беседы с матерью Е. Мошкова)

Маша: Галина, спасибо что поправили. А про Левашова не известно? Я просто помню, что он тоже про знамя упоминал, но конкретно что не уже не скажу. А то опять введу всех в заблуждение. Галина пишет: Еще Евгений Мошков тоже для чего-то украл немецкий флаг: Возможно в краже знамени участвовали многие или знали об этом и переговаривались по этой теме, родители услышали, не так поняли ну и понеслось.

Nikolai: Игорь, ну почему-же фантазия? Согласно показаниям Ренатуса, которые он давал на своем суде и следствии в СССР в 1946 году, которые размещены на сайте у Алёны Дружининой, он показал, что после разграбления машины к ним приехал их начальник Дёринг и сказал им что нужно принять решительные меры для того, чтобы найти виновных. Дёринг был нацистский партийный администратор из СС, которому было дано звание Бригадефюрер СС, Генерал Полиции. В Октябре 1941 года немцам начало нехватать полицейского руководства на оккупированных восточных территориях, эсэсовцы развернулb программу "Бригадефюрер СС - Генерал Полиции", где сначала брали добровольцев а потом приказом отправляли кадров с эсэсовским чином Бригадефюрер и делали их генерал лейтенантами полиции.

Старый Игорь: Nikolai пишет: Игорь, ну почему-же фантазия? Согласно показаниям Ренатуса............ Николай, используйте нашу национальную особенность читать между строк. Ренатус никогда не говорил, что высокие эсэсовские или жандармские чины приезжали в Краснодон. Он говорил о то, что В середине сентября мою работу в Краснодоне проверял подполковник Хандцог. Через несколько дней такую же проверку произвёл генерал полиции бригаденфюрер СС Деринг. Этим высоким фашистским чинам просто НЕЧЕГО было делать в той дыре, которой был Краснодон. Ренатуса могли вызвать с отчётом о проделанной работе по организации жандармских постов на вновь оккупированных территориях Донасса. Обратите внимание на дату : СЕНТЯБРЬ ! Что было инспектировать в Краснодоне? Пустые шахты и голые терриконы? А с ноября Ренатус, который служил в Ровеньках (где кстати и был ближайший отряд СС) и вовсе переехал в Ворошиловград. Так что всё его участие в деле Молодой гвардии сводится едва ли не указаниям по телефону. А для придания веса и серьёзности краснодонского подполья очень ксатати было упоминание каких-то высоких эсэсовских начальников.

Olga: И по телефону можно устроить разнос и пригрозить крутыми мерами, и заставить Соликовского и Co развернуть репрессии. Мне угрозы сверху видятся вполне реальной причиной, а иных, учитывая приближающийся фронт и наступление советских войск, я просто не вижу.

Nikolai: Игорь, Вы правы. Это я читал давно и всё перепутал. Очень извиняюсь. Тут другой парадокс. Ренатус на себя берёт ответственность (как и полагается хорошему офицеру), и является последним немецким чиновником, чьи приказы непосредственно касаются судьбы Комсомольцев. Но дело в том, что нацистские службы были как и современная организованная преступность - начальство СС и нацистских спецслужб давало "нелегальные" приказы совершать преступления только устно и косвенно, так, что нельзя было доказать в суде, что такой-то приказ был кем-то отдан. К тому моменету, когда Ренатуса выдали в СССР на суд, уже было ясно, что Союзники не считали защитой аргумент исполнения приказа, за "нелегальный" приказ судили и отдающего такой приказ и исполняющего его. Поэтому даже если бы Дёринг или кто то другой делали угрозы, они бы это делали намёками, мол за невыполнение обязанностей может выйти вот так... Поэтому Ренатус признаёт, что отдавая приказы Краснодонским жандармам и полицаем, он выполнял желания начальства, но именно кого, не называет, чтобы их нельзя было обвинить. Ольга, Вы исходите из сображений, что полицаи не хотели вреда Комсомольцам, действовали только из под палки, и были в здравом уме. Тут нужно помнить о некоторых вещах. Во время зверского расстрела коммунистов, которые уклонились от регистрации, где людям руки колючей проволой скручивали и т.д. Ответьте на вопрос - жестокость шла от немцев или от русскоязычных полицаев. И если это шло от русскоязычных, то какая вероятность, что они сводили счёты с советской властью. Сталинские репрессии особенно жестоко легли на Украину и по отношению к тем, кто не принимал советского строя и по отношению к Украинским коммунистам, которым сначала позволили преподавать Украинский язык и историю в школах, а потом запретили (См. Политику Коренизации и Де-коренизации на Украине в эпоху Сталина), расстреляв ведущих учителей Украинского языка и истории а также секретаря партии и некоторых других. Есть вероятнось, что обиженные советской властью пошли служить в полицию? Кроме того, я где то тут, по-моему, читал, что за активистские шкоды Комсомольцев - вывешивание флага, похищение ключей из какого то общественного учереждения, полицаев пороли. И тут ещё интересный момент, У немцев в Краснодоне было около 10 жандармов. Маленькое отделение. У Суликовского было 300 - 400 полицейских, вооруженных, согласно Игорю, хорошо оплачиваемых, которые охраняли банковские деньги на стороне, и полиция у Суликовского покрывала не только Краснодон, но и ближлежащую Первомайку и может быть другие окрестности. Если смотреть на соотношение немцев к полицаям, то немцы на Краснодоне дали месному населению значительную автономию и само-опредиление. И тут нужнго учесть организаторские способности Суликовского - он с нудля организует полицеское отдеоение в несколько сотен человек, открывает филиалы в других посёлках, умело борется и хватает власть, и при всём этом немцы его не боятся и не расстреливают и не отстраняют от власти (как это они сделали с Украинскими националистами). Тут можно уверенно сказать, что у Суликовского было больше власти, чем у Ренатуса. Теперь, если учесть, что по советсвим описаниям, Султковский вернулся в оккупированный Краснодон одетый под Петлюровца. Его ставят на должность начальника полиции, и он начинает назначать старост. То есть, его положение соответствовало положению Украинских националистов, которые приходили с немцами. Если у него были связи с националистческим движением и он знал, как их прибрали к рукам немцы, то он не мог чуствовать угрозу своей власти и автономии, особенно после разграбления немецкой машины. Если учесть, что он ходил всё время пьяным или полупьяным, называл Комсомольцев "Сталинцами", мог иметь счёты с советской властью и надеялся уйти с немцами, то тут неудивительно, что он был способен развязать резню, когда нам это кажется нелепым, бассмысленным, и нелогичным.

Марина Турсина: Nikolai пишет: Если учесть, что он ходил всё время пьяным или полупьяным, называл Комсомольцев "Сталинцами", мог иметь счёты с советской властью и надеялся уйти с немцами Вот-вот. А ещё существует мнение, что полицаи считали своё "поражение" временным, рассчитывали вернуться, оттого и не боялись, отсюда и зверства.

Olga: Николай, я исхожу из того, что полицаи были не в здравом, а скорее в нетрезвом уме почти всегда, и алкоголь провоцировал бешеную ярость. Только тут возникает вопрос, какая степень самостоятельности при допросах им позволялась? Действовали ли они строго по приказам Соликовского или и сами проявляли инициативу. Прочитала Ваши и Марины замечания и у меня следующая картина получилась: причины, по которым полицаи зверствовали - счеты с Советской властью (нам известны имена полицаев, можно почитать, чем насолила и насолила ли советская власть каждому из них). - стремление выслужиться и страх перед немецким начальством после разграбления машины. - алкоголь, пьяное и полупьяное состояние Мне видится еще одна: Видели приближающийся фронт, понимали, что немцы уйдут, а значит они проиграли и вымещали злобу и отчаяние на комсомольцах. Или как пишет Марина, наоборот: надеялись, что немцы вернутся рано или поздно.

Марина Турсина: Olga пишет: Николай, я исхожу из того, что полицаи были не в здравом, а скорее в нетрезвом уме почти всегда, и алкоголь провоцировал бешеную ярость. Они сами по себе, скорее всего, были не слишком добросердечны, а тут ещё и алкоголь... Согласна. Olga пишет: Видели приближающийся фронт, понимали, что немцы уйдут, а значит они проиграли и вымещали злобу и отчаяние на комсомольцах. Или как пишет Марина, наоборот: надеялись, что немцы вернутся рано или поздно. Мне кажется, одно вполне может вытекать из второго: вымещали отчаяние и в то же время надеялись на победу фашистов.

Старый Игорь: Olga пишет: Николай, я исхожу из того, что полицаи были не в здравом, а скорее в нетрезвом уме почти всегда А я с осторожностью высказываюсь об этом. С пропагандистской точки зрения конечно полицаи должны быть или пьяные или с перегаром. Только вот согласны-ли были немцы с таким разгулом? Вроде не та нация, которая поощряет разгильдяйство. Да и периодические увольнения из полиции говорят о неоднозначности таких утверждений. Даже Черникова сняли с должности. Что уж говорить о простых полицаях. А школа полицаев была организована вероятно и для того, чтобы научить "новому порядку", а не пьянству на службе?

Старый Игорь: Nikolai пишет: И тут ещё интересный момент, У немцев в Краснодоне было около 10 жандармов. Николай, я писал, что по цитированным документам число жандармов в период оккупации составляло от 24 до 27 человек личного состава. Nikolai пишет: У Суликовского было 300 - 400 полицейских, вооруженных, согласно Игорю, хорошо оплачиваемых, которые охраняли банковские деньги на стороне, и полиция у Суликовского покрывала не только Краснодон, но и ближлежащую Первомайку и может быть другие окрестности. Хотел бы уточнить, что а Соликовского в подчинении было 150 вооружённых полицаев. Плюс к этому количеству добавляется порядка 250 человек учащихся в школе полиции. Причём нужно отметить, что я так и не нашёл сведений учились ли они одновременно или это количество учеников нужно рассматривать в ТЕЧЕНИИ ОККУПАЦИИ. Nikolai пишет: ......согласно Игорю, хорошо оплачиваемых, которые охраняли банковские деньги на стороне, и полиция у Суликовского покрывала не только Краснодон, но и близжлежащую Первомайку и может быть другие окрестности. Действительно, я публиковал документ с просьбой к городской полиции прислать вооружённую охрану в городской банк, где хранились огромные деньги, которые не успели эвакуировать. Но Я НЕ ЗНАЮ, была ли выделена охрана или банк взяли под охрану жандармы. Территория, находившаяся под опекой краснодонской районной полиции была ГОРАЗДО больше, чем вы представляете. Грубо говоря, это хутора и посёлки в радиусе (!!!!!!!!) двадцати километров.

Olga: Старый Игорь пишет: А я с осторожностью высказываюсь об этом. С пропагандистской точки зрения конечно полицаи должны быть или пьяные или с перегаром. Только вот согласны-ли были немцы с таким разгулом? Вроде не та нация, которая поощряет разгильдяйство. Да и периодические увольнения из полиции говорят о неоднозначности таких утверждений. Даже Черникова сняли с должности. Что уж говорить о простых полицаях. А школа полицаев была организована вероятно и для того, чтобы научить "новому порядку", а не пьянству на службе? Игорь, а как же утверждения о вечно потреблявшем алкоголь Соликовском? Ложь? Увольняли, возможно, тех, кто напивался на службе, а если потребляли ограниченно, то может быть немцы не обращали внимания? Все-таки было если и не полное самоуправление, то контроль немцев был не всеобъемлющим, а ограниченным. Читала и о том, что после работы полицаи пили постоянно, поэтому допускаю мысль, что начинали пить еще в рабочее время... Как было на самом деле, трудно сказать.

Галина: Марина Турсина пишет: ...вымещали отчаяние... Здесь мне кажеться какую-то роль сыграла еще и борьба идеологий. С одной стороны новой – в лице молодогвардейцев и старой, т.е старого уклада жизни , представителями которой являлись Соликовский, Захаров с подручными. Кроме того Краснодон стал одним из первых городов, где была выполнена директива Гальдера «Использование местрых сухопутных сил на Востоке». В день Покровы 24 октября 1942 года в городе сотоялся казачий парад на котором полицейские продемонстрировали свое дружеское расположение к представителям новой власти и свою готовнсть быть верными и покорными ей. Поэтому Соликовский и полицейские старались в дальнейшем не упасть лицом в грязь и выслуживались перед немецкой администрацией. И когда произошло ограбление машин, немцы приняли это возможно за личное оскорбление и естественно потребовали найти и наказать виновных, в противном случае это грозило наказанием для самых полицейских. Да еще в ходе следствия пошла информация о подполье. Поэтому они с такой жестокостью расправились над арестованными комсомольцами и коммунистами. Марина Турсина пишет: и в то же время надеялись на победу фашистов. Однако и 32 шахтеров и молодогвардейцев казнили все-таки тайно...

Nikolai: Если Суликовский мог представить немцам своего политического противника как врага, и немцы давали ему полномочия, смещать этого противника, это значит, что у него была настоящая власть. Галина права. В немецкой воасти были конкурирующие идеологии. От немецких арестократов, которые видели конфликт, как войну против коммунизма, и до нацистов, которые в конфликте видели расовую войну. Некотрые генералы и офицеры Вермазхта с самого начала хотели привлечь на свою сторрону местное население и позволить им воевать против СССР. Гитлер из идеологических соображений запретил немецкой фрмии вооружать Власовцев или использовать Русских вобще в боевых целях. К Этому подключились Гиммлер и СС, которые конкурировали против оюычной армии. Некоторые немецкие генералы понимали, что ключт к успешной борьбе с партизанами заключается в поддрежке местного населения, что для уничтожения партизан требуется населению давать авономию и готовить его к само-обороне. Эту-же методику начали успешно применять Англичане в 1950е годы, для сокрушения красного партизанскогго движения в Индонезии. Там успешно игралось на чуствах крестьян, которые не хотели отдавать свои участки и идти в общие колхоза. Такую-же методику применяли Турки в 1980-1990 годы против национально освободительного партизанского движения Курдов. В настоящее время Турция является единственной современной страной, которая одержала победу в партизанской войне в горной местности. У немцев тоже, политика местой автономии оккупированному населению давала хорошие результаты пока её не прикрутил Гитлер из идеологичесикх соображений. Вскоре Гиммлер и СС взяли контроль над автономными структурами и насали применять их как карателей против партизан и к концу войны формировать боевые части из иностранцев. Эсэсовские каратели отличались от полицаев. У полицаев действительно была школа, где ихучили немецким законам и полицейской службе. Если не считать нацистскую идеологию, то методы предметы обучения были очень современными, профессиональных гражданских порлицейских на Балканах и Ближних Востоках до си пор успешно воспитывают в подобных школах. Насчёт урозы положению Суликовского. Тут не только подход Соетских войск. В связи с решением Гитлера, эсэсовцы начали демонтировать структуры местного ополчения зачастую расстреливая местных лидеров. В добавок к этому, У Краинских нацоналистов были договоры о взаимопомощи с немцами ещё с дореволюционных времён, и последний был подписан со Штурмовиками СА ещё то ли в 1933 то ли в 1935 году, где Штурмовики должны были давать военную подготовку националистам. Перед вторжением в СССР нацисты обещали Украинским националистам ограниченное самопределение. Представители Украинской национальной интеллигенции, редакторы журналов, Истоиики и педагоги дебровольно пошли в администраторы в коллаборационистскую власть, становясь бургомистрами городов и школьными администраторами. Зимой 1942 года, по тем же идеологическим соображениям, немцы запретили Украинский национализм, без всякого повода расстреляли бургомистра Киева, в Киеве устроили исскуственный голод, и растреляли многих других представителей Украинской власти. Кем бы он ни был, преступником, палачём, подлецом или мясником, как он расправлялся с политическими оппонентами, я не думаю, что Суликовский был дурак. Если верить Зорину, и он бежал нга Запад, то у него хваьтло ума бежать тиз лагеря, когда о выдаче в СССР ещё никто из перемещённых лиц и не думал. Что Соликовский мог знать о тои, что с Украинской властью творилось на Западе или с местным ополчением н оккупированном немцами Востоке? Что он думал о немцах, ждал от них своей очереди? И как он мог рассматривать местный активизм комсомольцев (который к стати типичен молодёжному активизму подростков того же возраста и сейчас. В США вместо бирж жгут недостроенные лыжные курорты ("спасая" лес и природу) ). Во первых (не только Суликовский но и другие начальники в полиции) могли рассматривать это как нападение на их авторитет перед местным населением, а ещё немцы были способны использовать разграбление машины комсомольцами, как признак некомпетентности полицаев и приминить это как предлог что-бы избавится от Суликовского и его ближайщего окружения. Эта могло быть хорошим мотивом продемонстрировать свою вернсть, решительность, и жемстокость перед немцами, которые в конечном итоге должны были соглашатся с действиями местной полиции, включая методы физического воздекйцствия на допросах и смертные приговоры.

Olga: А сохранилась ли где-нибудь фотография Соликовского? Трудно представить, каким он был. Часто монстров выдает только взгляд, а так, обычные люди...

Nikolai: Вот это загадка! Если он был начальником местной шахты Песчанская, то ему должно было быть выдано удостоверение. Кроме того, если он был арестован за хищничество, то должно было оставатся арестантское фото. У человека должно было быть прошлое, прописка в районе итд. Если эти документы вытащили, то почеиу? Я не хочу говорить наобоснованными догадками, пока ничего не нашел. Тут надо себе задать такой вопрос - 1950 и 1960е годы, у какого человека КГБ могло извлечь из циркуляции или засекретить все биографические данные о человеке? И если ниченго не было засекречено или изъято, то где документы из паспортного стола, из отдела кадров шахты из милиции и органов, которые его проверяли за растрату, анкеты на прописку и на работу, где указывается предыдущее место проживания, куда уехала его жена и сын? Что о нём знают сотрудники Краснодонского музея?

Olga: Даже если он уничтожил домашние фото, должны были быть официальные, совершенно верно! Органы безопасности наверняка разыскивали его по фотографиям, жаль, что эти фото недоступны.

Olga: Фотографии полицейских, но не Соликовского, конечно: http://znatoki.ru/13.shtml Текст тоже интересный.



полная версия страницы