Форум » Враги » Василий Соликовский (Суликовский) » Ответить

Василий Соликовский (Суликовский)

DmitryScherbinin: О начальнике Краснодонской полиции, и, по моему мнению, главном враге Молодогвардейцев известно не так уж много. Попробуем собрать сведения о нём воедино. Прежде всего, хотел бы отметить, что в ранних документах его фамилия пишется как Суликовский, вариант же "Соликовский" появился, на мой взгляд, после выхода романа Фадеева. Из письма рабочей группе по изучению деятельности "Молодой гвардии" от Иманали М.Ю "...Черникову удалось стать первым бургомистром Краснодона. Но его не возлюбил шеф Краснодонской полиции Соликовской, невежда и хам. Кто он? До начала войны Соликовский работал начальником мелкой шахтенки "Песчановка" в хуторе Герасимовка, Краснодонского района. В канун войны за хищение и присвоение средств предприятия был арестован и осуждён вместе со своим снабженцем Андреем Пушкарным - отцом моего одноклассника. Появился Соликовский в районе вместе с оккупантами в форме петлюровца, занимался выборами, вернее назначением старост. С первых дней совместной работы Соликовского с Черниковым у них не возникло взаимопонимания и коварный пройдоха Соликовский, пользуясь неограниченным пониманием в жандармерии, заподозрил Черникова в связи с партизанами..." В повести Башкова "Иван Земнухов": Предварительные допросы арестованных проводил не Кулешов, назначенный старшим следователем по делу "Молодой гвардии", а сам начальник полиции. Позже, на суде, Кулешов (в прошлом деникинский офицер) заявит, что Соликовский слыл среди фашистских жандармов и полицаев непревзойденным мастером пыток. У него была патологическая страсть к истязаниям людей, которых он, по его же циничному выражению, всего лишь приводил "к сознанию". На совести этого изувера, бывшего атамана одной из петлюровских банд, десятки замученных, расстрелянных и повешенных людей. Стены, пол и мебель в его кабинете, как свидетельствуют очевидцы, были забрызганы кровью молодогвардейцев, которым отрезали языки, носы, уши, прижигали раскаленным железом кровоточившие раны, подвешивали вниз головой, ломали ребра, вырывали волосы, отрубали пальцы..." В книге Кима Костенко "Это было в Краснодоне" "За этим столом восседал рослый мужчина лет сорока в темно-синем френче, плотно облегавшем грузную фигуру. На бледном одутловатом лице его с крупным прямым носом и мясистыми губами резко выделялись густые мохнатые брови, под глазами отвисали землистого цвета мешки. Это был начальник краснодонской полиции Соликовский. Василия Соликовского знали многие жители Краснодона. В город он приехал несколько лёт назад, после того как отбыл срок в исправительно-трудовых лагерях. За что он попал туда и сколько пробыл - об этом Соликовский никому не рассказывал. Поначалу он устроился десятником на одной из доживавших свой век небольших шахтенок. Но продержался там недолго: с людьми десятник обращался грубо, несколько раз приходил на работу пьяным, однажды ни с того ни с сего накинулся на молодого рабочего с кулаками. Незадолго до начала войны его уволили. После этого Соликовский целыми днями слонялся по пивным, плакал пьяными слезами, ругая на чем свет стоит советскую власть, которая так несправедливо обошлась с ним. В пивных он нашел себе подходящую компанию из мелких жуликов, таких же, как он, пьяниц. Эта компания причиняла краснодонцам немало беспокойства: не проходило дня, чтобы пьяные дружки не затеяли где-нибудь драки, кого-нибудь не ограбили. Когда с запада донеслись первые отголоски канонады и в городе появились отступающие советские войска, Соликовский внезапно исчез. Рассыльный Краснодонского военкомата, принесший повестку с вызывом на призывной пункт, застал дома только его жену. - Ушел мой Васенька туда, - махнула она рукой в сторону приближающейся канонады, - не стерпела его душа, добровольцем на фронт побежал. ...Через несколько дней город заняли фашисты, и жители Краснодона снова увидели Соликовского. Он важно шагал по улице в белой папахе с малиновым верхом, в синем старомодном френче и широких штанах с желтыми лампасами. К поясу была прицеплена гибкая ременная плеть." "А однажды, когда у Соликовского собрался вечер, - вспоминает Валерия Борц, - Семен Остапенко перерезал электрические провода, и вечер был испорчен". Из воспоминании матери Любы Шевцовой Ефросиньи Мироновны "...Потом к нам пришли немцы и привели с собой Люб.- Переодеваясь за шкафом, она успела шепнуть мне: "То, что чемодане, сожги". Увели ее, а я сразу за чемодан, раскрыла - там пачки бумаги, перевязанные шпагатом. Быстро побросала их в печь. Не успело сгореть все, заявился проклятый Соликовский с немцами, сделали обыск, но в печь заглянуть не догадались - , там тлели бумаги. Чемодан, как выяснилось позже, принадлежал Жоре Арутюнянцу, в нем были готовые листовки". Из книги "Матери молодогвардейцев" "26 января 1943 года полицаи пришли за Татьяной Ивановной. Ее бросили в холодную камеру, где уже находились Александра Васильевна Тюленина, Люба Шевцова, Аня Сопова. Допрашивал Сафонову Соликовский. - Я не знаю, где мой сын. А если бы и знала, не сказала бы тебе, извергу,- ответила Татьяна Ивановна. - Вот всыпем тебе тридцать шомполов, заговоришь по-другому,- палач в ярости сбил женщину с ног. И полицаи принялись бить ее прутьями." Из биографии молодогвардейца Владимира Загоруйко: "28 января 1943 года Владимир Загоруйко был схвачен фашистами. Свидетель ареста Т. Леонова вспоминает: "Среди тех, кто арестовывал Владимира Загоруйко, был начальник полиции Соликовский. Он сидел в телеге, а Володя шагал по сугробам со связанными руками, босой, в одном белье. Хуторские полицейские подталкивали его прикладами автоматов". " Из рассказа матери Валерии Борц, Борц Марии Андреевны. В полиции меня обыскали, зарегистрировали, затем повели в кабинет к начальнику полиции Суликовскому. Кабинет был залит ярким электрическим светом. Справа стоял шифоньер, прямо перед дверью - мягкий диван, а слева буквой "т" были поставлены два стола, накрытые дорогими скатертями. За столом в большом полукруглом, мягком, кожаном кресле сидел человек "устало" облокотившись на правую руку, вторая рука его покоилась на столе. Его рука и костюм были в крови, на мизинце правой руки дрожала капля крови, готовящаяся упасть на стол. На столе лежали всевозможного рода плети: толстые, тонкие, широкие, как ремни, плети с металлическими наконечниками. Слева от человека сидел Захаров и улыбался. У дивана стоял Земнухов. Он был без очков и казался более обычного сутуловатым. Глаза красные, веки сильно воспалены. На лице ссадины и кровоподтеки. На полу лежало его пальто. Вся одежда на нем была в крови, рубашка на спине прилипла к телу. На полу краснели большие кровавые пятна. Эта картина произвела на меня жуткое и потрясающее впечатление, я сжала кулаки и невольно сделала шаг назад. Вдруг из-за стола поднимается детинушка громадного роста, богатырского сложения с огромными сжатыми кулаками. Казацкая шапка была одета на бок, а черные слегка вьющиеся волосы выбивались из-под неё. Глаза у него были черные, маленькие, жестокие и колючие. Он сделал несколько шагов по направлению ко мне и, потрясая своими огромными кулачищами в воздухе, громовым голосом заорал: - Артистка! Я сам такой артист, - и по моему адресу посыпалась жуткая ругань, - Где дочка? С кем ушла? - кричал Суликовский, и вплотную подошел ко мне. Я ответила, что ничего не знаю о дочери, она мне сказала, что уходит в село менять. - А где шуба, почта и гранаты? - кричал он, - ты тоже не знаешь? - и с страшной силой ударил меня по лицу. Я пошатнулась. Помощник ударил меня с другой стороны. Воздух был оглушен страшной руганью, всевозможными эпитетами по моему адресу. На мою голову посыпались удары то справа, то слева и я шаталась то в одну, то в другую сторону. Лицо сильно горело, в ушах звенело, а кулаки сжимались в бессильной злобе... Повернувшись к Земнухову, Суликовский заорал: - Где гранаты? Земнухов устало ответил: - Не знаю. Начальник приказал вывести меня. Полицейский, засуетившись, спросил: - Куда ее отвести? - Да-а,- протянул начальник,- у нас женской камеры нет. Но ты помести всех женщин в комнате напротив моего кабинета. ... ... Громовой голос орал: "Давай сюда Третьякевича!" "Третьякевича! Третьякевича!" - пронеслось по коридору. Где-то недалеко щелкнул замок и послышались шаги. В кабинет прошел Третьякевич. Снова были слышны удары плетей, лязг железа. По-видимому, били двое, так как удары были похожи на удары, производимые кузнецами, когда они бьют по наковальне: раз-раз, раз-раз, раз-раз! - доносилось из кабинета. Раздались протяжные и глухие стоны, затем они стали переходить в какое-то жуткое мычание. Слышны были и окрики Суликовского. Проходили минуты, а мне они казались вечностью. В коридоре суетились: пронесли шомпола, какие-то широкие ремни и веревки. Страшные вопли оглушили воздух. Я не выдержала, встала, отошла от дверей. ... ... ... Жизнь в камерах текла своим чередом при том же распорядке суток. Утром с 6 до 12 часов дня истязания людей, с 12 до 3-4-х часов производили передачу и примерно с 4-5 часов до 1-2 ночи снова пытки. Была слышна ругань, стоны истязуемых, жуткие вопли. Полицейские бегали по коридору, приносили воду, и вытаскивали из кабинета Суликовского и из кабинета следователя полумёртвых людей и тащили их в камеры. ... ... ... Я подошла к двери и с ожесточением стала стучать кулаками и ногами в дверь. Конвоир заорал: - Кто бесится? Я продолжала стучать. Наконец отперлась дверь и на пороге появился Суликовский. Он заорал своим громовым голосом: - Чего бесишься? Или вне очереди захотела получить порцию? Так я умерю твой пыл! Я себе кричала: - Вы мне скажите, существует у вас какой- нибудь закон? Есть ли у вас какие-нибудь права? За что вы держите меня и ребенка? Почему не даёте есть? - Да ты я вижу из волков! - сказал Суликовский, затем обращаясь к полицейскому добавил, - Дай им хлеба, - и захлопнул дверь. ... ... ... Захаров получил "повышение" по службе за раскрытие партизанского отряда. По политической части он стал самостоятельно решать дела, без вмешательства Суликовского. Ему нужен был отдельный кабинет. Ночью нас всех вызывали на допрос и вновь производили полную регистрацию. На утро вошли несколько человек из жандармерии, Суликовский и переводчик. Суликовский объяснил жандарму, кто и за что был арестован. ... ... ... Вечером 15/I стали вызывать много молодёжи из мужских камер. Мы притихли и слушали. Суликовский своим громовым голосом вызывал то одного, то другого, предлагая собраться с вещами. Из нашей камеры вызвали Соколову и меня. Мы стали выходить. Дубровина бросилась ко мне на шею, заплакала и сказала: - Что это, освобождение или смерть? Девушки волновались. В коридоре в одну шеренгу была построена молодёжь, и против каждого комсомольца стоял немец. Таким образом получилось две шеренги, расстояние между шеренгами было в один шаг: враги стояли друг против друга, лицом к лицу, у многих комсомольцев были сжаты кулаки. Переводчик держал какую-то бумагу в руках. Суликовский суетился, на пороге появилась я, он схватил меня за плечи, толкнул к выходу и сказал: - Иди, иди отсюда! Я спросила: - А мои документы? - Потом получишь! - крикнул он. Из воспоминаний Аникиной Светланы Александровны (сестры Владимира Жданова) Володя перед расстрелом схватил начальника полиции Суликовского и крикнул: "Хоть один гад иди с нами". Ещё б полшага и Володя втянул бы в шурф Суликовского, но помощник Суликовского Захаров выстрелил Володи в висок. Володя упал в шурф, а Суликовский напуганный до смерти, остался жив. Это рассказывал один человек возле шурфа, когда извлекали трупы, после освобождения Краснодона.

Ответов - 174, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 All

Nikolai: Как мне сказали, в 57 Статье уголовного кодекса тех времён был абзац, по котррому если советский человек бежал на Запад, то те, кто от него экономически зависели могли быть осуждены на 10 лет заключения. Есть судебные документы на Лядскую и Выриковую, и на других коллаборационистов. А есть-ли в Краснодоне судебные документы на Госпожу Суликовскую? И если нет, то почему её не судили? Тут даже дело не идёт о розыске Суликовского, остались на него анкеты в жилищных отделах, в сберкассе и в отделе кадров шахты, где он работал, или нет? На этот вопрос Игорь может ответить. История Суликовских в Краснодоне (школьные отметки и классные фото его сына, скажем) хранится в докумсентах или документов о Суликовских вообще нет? Второй вопрос, была массовая миграция народа с Украины на Запад вместе с немцами, в таких количествах, что в США и Канаде она называется "Второй Волной" Эмиграции из СССР. Первая была после революции, Третия была к конце 1970х годов. Интересно, а эта миграция коснулась простого начедения Краснодона? В больших или маленьких количствах? Уходило-ли простое население из Краснодона с немцами или в Германию на заработки?

Старый Игорь: Nikolai пишет: А есть-ли в Краснодоне судебные документы на Госпожу Суликовскую? И если нет, то почему её не судили? Для этого её нужно было как минимум поймать. Вообще, роль органов госбезопасности вызывает у меня смутное сомнение (впрочем как и многое другое. такой я человек). Из тех сведений, которые мне доступны, складывается впечатление, что КГБ и прочие специальные организации умышленно изымают всю информацию, которая кое-где ещё сохранилась о Соликовском и делают запросы на возможные остатки этой информации. Во всяком случае, насколько я знаю, насколько лет назад они опять делали запрос на сведения о нём в архиве музея. Да и что-то не слышно было резонансов по поводу активности его поиска. Именно из этого я предположил, что его давным-давно уже расстреляли без либеральных формальностей. В архиве музея может быть много чего есть, но, например, фото Почепцова я тоже далеко не с первого раза получил. Так что всё может быть! Nikolai пишет: В больших или маленьких количствах? Уходило-ли простое население из Краснодона с немцами или в Германию на заработки? Война вообще очень серьёзный аргумент для эмиграции. Не смог её избежать и Краснодон. Старшее поколение вряд-ли с энтузиазмом подавалось на заработки "в Европу", а вот большое количество молодёжи сильно не ломало голову по поводу перспектив своей судьБы. Как это было всегда, слепо следовали сиюминутной "моде". Думаю, только сравнительно большое количество этих "шабашников" помогло избежать массовых репрессий.

Olga: Соликовского могли и за границей найти и тихо убрать, если ему удалось убежать. Николай, в Англии есть целая община украинцев, оставшихся еще с войны и это не говоря об отдельных сеьмях проживающих тут и там по Англии. Моя подруга когда-то по работе общалась с представителями, советскую власть они ненавидели, называли "поханой".) Каким чудом этим людям удалось избежать репатриации, неизвестно!

Nikolai: Игорь, когда Вы говорите, что только большое количество "Шабашников" помогло избежать массовых репрессий, Вы имеете в виду, что жители Краснодона поголовно принимели немецкую власть и работали на немцев, поэтому трудно было из кого-то делать "пример" или Вы имеете в виду, что у очень многих семей дети и родственики остались на Западе и поддерживали какой-то контакт с Краснодонцами? И ещё вопрос, навещали Краснодон те, кто ушли на Запад во время войны, уже в 1990е и 2000е годы? В годы Советской власти? Такие были? Мало? Много? Ольга, я думаю, что если Суликовского и нашли, то не убирали, а наоборот, подвергали шантажу и склоняли к работе в свою пользу. В 1985 году СССР передало Отделу Специальных Расследований Департмента Юстиции США (это официальные охотники за нацистами США и за другими военными преступниками последних времён) список розыскиваемых военных преступников которые бежали с советской территории. Те, кто этот список видел, а я собираюсь его посмотреть, упоминаются ли там Краснодонские события, или нет, сформировали мнение, что информация старая, и что СССР не объявляла розыск на этих людей раньше, так как они использовались советской разведкой в качестве агентов. Если это было с Суликовским, он бы имел вербовочную ценность для советской разведки именно потому, что он был эффективным полицейским и у него скорее всего были связи среди украинских националистов. Это просто предположение, но если он был завербован, то во первых, его семью оставили бы в качестве заложников и в этом случае переселили бы но в тюрьму не сажали. А во вторых, они бы изъяли все биографические документы о нём, что бы его нельзя было проверить никому другому. Захаров, котроого убили в пьяной драке в Югославии, могли убить они или мог сделать сам Султковский убирая лишнего свидетеля, которые его мог связать с Краснодоном. Насчёт Украинской общины на Западе. У них сильное национальное чуство. Они очень сильно трудятся. Говорят, что в Канаде на момент второй мировой войны они были ведущими если не главными производителями зерна (Канадцам не пришло в голову их коллективизировать) и таким образом оказывали влияние на Канадское правительство. В Канаде Украинцев принимали лучше, чем в США. В США американские марксисты настучали на Украинцев, что они струдничают с нацистами (как и было). Амер. ФБР и Гувер красных ненавидели, но нацисты тоже были враги и по законам военного времени пойманых шпионов сажали на электрический стул, а тем из немецкой общины, кто их укрывал, двали от 15 лет до пожизненного заключения. Англичане предлагали пойманным немецким шпионам сотрудничество в обмене на жизнь, Американские власти почти нет, и после регулярных казней Гитлер приказал шпионов больше не посылать в США на верную гибель. По крайней мере половина заброшенных немцами диверсантов особенно выполнять задание не стремилась и пошла в добровольцы ради возможности увидеть Америку. Часть немецкой общины поддерживала нацистов из далека, как достижение немецкой культуры, взрослые мужики создавали подпольные склады оружия, их ловили и сажали на 25+ лет, если они ничего другого конкретно не предпринимали. В течении 10 лет после окончания войны, все которые конкретных преступлений не совершали были амнистированы и немецкие граждане депортированы в Германию. До начала войны была раскрыта немецкая шпионская сеть, им дали тюремные срока от 10 до 20 лет по законам мирного времени и войну просидели в тюрьмах. На этом фоне, ФБР рассматривало Украинцев как "враждебно настроенных иностранцев". Большенство Украинских эмигрантов боялись и держались тихо, что бы не привлекать внимания властей. Короче у ОУНцев было более лучшее положение, чем у казаков и простых советских людей, котрые встретили конец войны на Западе. Почти целиком все вооруженные ОУНцы, из которых немцы комплектовали полицейскую службу на Украине, ушли на Запад с немцами, но они уходили не в казаки, а в эсэсовскую дивизию "Галичина". Им было легче омтаваться на Западе, чем другим. Каким образом, я не знаю, но поговаривают, что по воле Украинской общины в Канаде. Если у Суликовского были связи с националистами, то он мог договорится с Украинской общиной в Австрии, и она могла помочь ему и его семье отделится от казаков. У ОУНцев были свои архивы и свои историки и где то на Западе есть их архив, и если Суликовский был связан с националистами, то там будет упоминание его и Сорокина (Краснодона).

Старый Игорь: Nikolai пишет: Вы имеете в виду, что жители Краснодона поголовно принимели немецкую власть и работали на немцев Утверждать такое, было бы профанацией. Краснодонцы живо приспособились к новым условиям и начали извлекать из этого посильную пользу. Но при этом учитывалось прямо обратное развитие событий. Не хочу перечислять, но большое количество горожан, работавших "на благо Германии" после освобождения города немедленно стали "посильными борцами" с "проклятыми фашистами". Могу перечислить немалое количество фамилий и их случаев. Но, можете поверить на слово, так и было. Хотя если сомневаетесь, могу развить эту тему. Nikolai пишет: или Вы имеете в виду, что у очень многих семей дети и родственники остались на Западе и поддерживали какой-то контакт с Краснодонцами? А о таких случаях мне вообще ничего не известно. Удивительно, но в документах, по-моему за 1944 год, есть стенограмма, где выступала вернувшаяся с "каторги" краснодонка, которая рассказывала об ужасах немецкой неволи. В своей речи она приводила пример одной девушки, которая ослепла и ей пришлось самостоятельно возвращаться на Родину, поскольку она уже не нужна была в качестве "рабыни". Вот попробуйте представить процесс возвращения несчастной жертвы фашизма в 1944 году из Германии назад на территорию Советского союза!!!!!! Есть над чем задуматься.

Olga: Вспомнился еще один рассказ бубушки, не знаю, уместен ли он здесь, но расскажу.) Девушки, русские и латышки, работали на кухне, когда вбежала немка и погнала их всех на мороз колоть дрова. Поскольку находились они в теплой кухне, ни пальто, ни теплых кофт на них не было, а мороз стоял трескучий. Проходил мимо немецкий офицер, увидел эту картину: дрожащие девчата на морозе, и наорал на немку, а всех погнал в помещение надеть пальто. Жестокость и человечность, все было.

Галина: Старый Игорь пишет: ...выступала вернувшаяся с "каторги" краснодонка, которая рассказывала об ужасах немецкой неволи. .. Игорь, незнаете примерно сколько краснодонцев было угнано (или добровольно уехали) в Германию? Я что-то не нашла статистических данных. В Свердловске например пишетья - свыше 4000.

Старый Игорь: Галина пишет: Игорь, незнаете примерно сколько краснодонцев было угнано (или добровольно уехали) в Германию? Не знаю. Я пытался только найти примеры "угона" в Германию. Хотелось представить как выглядел этот трагический процесс. Никто не смог мне привести примеры. Хотя точно известно, что было три волны "угона"-отъезда. О количестве угоняемых ничего не могу сказать.

Olga: Игорь, люди в массе своей стараются выжить в лихие времена, а геройствуют единицы, честь им и слава.

Галина: Старый Игорь пишет: Хотелось представить как выглядел этот трагический процесс... Да, неизвестно , как это происходило в Краснодоне, а вот как описывает этот процесс в нашем городе очевидец тех событий в своей книге. Как видим ехали в Германию по разному.... «….Начиная с марта и начала апреля 1942 года оккупационная власть начала психологическую обработку населения Чернигова и области, направленную на предстоящую мобилизацию молодежи, холостых мужчин и женщин, естествено молодых и крепких, на разного рода работы в сельском хозяйстве и промышленности Германии. .. В статьях расписывались «блага», которые якобы ожидают всех поехавших в Германию: ознакомление с культурой этой страны, возможность получить хорошую профессию, высокие заработки, сытое питание и т.д. На стенах уцелевших во время бомбежки домов появились красочные плакаты с призывом добровольно ехать в Германию….Надпись большими буквами под рисунком гласила: «Поедешь на работу в Германию – получишь хорошую специальность»….Некоторые дурачки клюнули на эту приманку и добровольно отправились искать сытой счастлвой жизни в Германии…. У нас на Лесковице (так называеться один из районов города - Г.) добровольцами записалося 30 человек. Сколотил эту компанию известный на нашей околице великовозрастный хулиган Микола Чиж. Правда для принятия такого решеия у него были веские причины. Чижа вызвали в полицию и предложили там службу. В противном случае, если отказываеться, придется ехать в Германию. К чести Миколы, он выбрал второй путь, а чтобы не было скучно в дороге и в чужой стороне, подговговорил отправиться в Германию соседских парней и девчат…..Кто с чемоданом, кто с котомкой, с гитарами и мандолинами (после разгрома музыкальной фабрики этого добра на Лесковице хватало) они толпой отправились на железнодорожный вокзал. Проводы первого эшелона добровольцев на работу в Дойчланд, который явился единственным, ибо во все остальные эшелоны молодежь загружали насильно, На перроне появились немецкий комедант Ван Спанкерен и городской голова Евгений Азаров. Играл духовой оркестр. Каждому отъезжающему добровольцу выдали по буханке хлеба и кольцу дешевой вареной колбасы…» «…К сборному пункту возле катониновой фабрики под конвоем полицаев прибывали подвоы из разных сел, на которых везли парней и девушек для отправки в немецкое рабство. Поначалу все прибывшие проходили медицинскую комиссию, составленную из русских и немецких врачей…. После заключения «годен» кандидата на отправку за границу на улицу уже не выпускали, а через другую дверь отправляли на верхние этажи в сопровождении полицая…..Собрав достаточное количество рабов на втором и третьем этжах здания, на железнодорожную ветку, проходившую метрах в двухстах от мрачного дома, подгоняли паровозом пустые вагоны. Погрузка шла под охраной вооруженной полиции под плач и стенания как родственников, так и самих отправляемых. Заливались слезами конечно девчата. Хлопцы были более сдержанными, но их хмурые лица говорили о том, что и они горюют по поводу расставания с Родиной. Поскольку наружная охрана здания сборного пункта состояла из одного полицая, топтавшегося возле входной двери и только изредка обходившего здание вокруг, некоторые хлопцы-смельчаки совершали побеги, спускаясь на веревках со второго и третьего этажей на землю. После чего они спешили смешаться с толпой провожающих, всегда стоявших поблизости. Однажды призошел случай, о котором много говорили в городе, после которого в наружную охрану добавили еще одного полицая и побеги прекратились. А дело было так: двое ребят спускали с верхнего третьего этажа парня , решившегося на побег. Когда он спустился на уровень третьего этажа, на эту же веревку прицепился вылезший из окна еще один хлпец в надежде приземлиться и сбежать, пока из-за угла не появмлся полицай-охранник. Ребята на третьем этаже не смогли удержать двойной груз и выпустили веревку из рук. При этом у одного из них, намотавшего на правую руку веревку, вырвало большой палец, поскольку он не успел как следуе освободить кисть руки от веревки. Высевшие на уровне второго этажа беглецы грохнулись на землю. Один из них сломал ногу, а второй отделался ушибами. Испуганные возгласы молодежи, наблюдавшей, высунувшейся через окна, за неудачным побегом, и стоны пострадавших, привлекли внимание охранника. В конечном счете двоих героев этого события – одного с покалеченной рукой и второго со сломанной ногой – родственники погрузили на подводы, и они, радуясь такому исходу дела , отправились домой. Тому, который только ушибся, полицай надавал тумаков и вернул на прежнее место на втором этаже…» Кузнецов Г. Растерзанный Чернигов или юность, опаленная войной - Чернигов, 2005 - С.118-127.

Nikolai: Насчёт возвращения угнанных и уехавших в Германию в 1944 году. К 1944 году в Германии начался ад. Между режимами Гитлера и Сталина была огромнейшая разница. Германия была страна Запада и нацистским партийным секретарям Гитлер приказал что-бы они держали своё население в счастливом или удовлетварённом состоянии. Это означало, что до 1944 года, до объявления Геббельсом "Тотальной" войны, немецкое население работало только 8 часовые смены и имело выходные дни, как в мирное время. В СССР фабрики работали круглые сутки и у станков стояли и дети и старики. В США тоже, население и производство были мобилизированы на военную промышленность, и промышленность добровольно подчинилась государтвенному планированию, Форд и Боинг выпускали то, что им заказывал Вашингтон. Впервые в исторрии Штатов женщины в огромных количествах начали работать на автомобильных и авиационных заводах, а так-же водлить паровозы и перегонять авиацию из США в Великобритаию а так-же на Аляску для передачи в СССР. Только нацистская Германия держала своё население в условиях экономики мирного времени. Кроме того, гитлер не мог или боялся требовать от своих промышленников то, чего требовали военные. Так Германия осталась без стратегического бомбардеровщика. Немецкие авиапромышленики решили, что такие машины нужно строить с нуля, для них требуются совершнно новые конвееры и станки. Аэродромы тех времён не имели взлётных полос, способных принять такие крупные машины. У подобной техники нет гражданского применения, такие разработки не прибыльные, и они отказались это делать. Герингу и Гитлеру сказали нет. Могло быть такое со Сталиным? Короче к 1944 году, немцы полностью потеряли контроль над своим воздушныи прространством и ковровые бомбардировки пошли почти без Англо Американских потерь и без остановок. Разруху начали наносить систематически, сжигая города по плану. Немецкие пожврники ничего не могли сделать и люди умирали от жара и удушия в немецких бомбоубежищах. Количество погибшего населения за ночь подобных бомбёжек в одном или двух случаях (не Дрезден. Один по моиму Гамбург), могло превышать количество погибших при атомных бомбардироваках (смотря чью статистику смотреть). Немецкое население начало по настоящему ненавидеть Американцев. Примерно тогда, и в 1945 году гораздо чаще, СС начало вешать население которое говорило о грядущем проигрыше как "за попытку сдаться в плен врагу", включая немецких регулярных полицейских, пожарников и военнослужащих. В выжженых кварталах начало жить бездомное население, которое оказалось вне контроля властей и начало заниматся воровством, грабежом и мародёрством. С этим начало бороться Крипо. Многие не знают, но в 1942 году в Германии были студенческие протесты против войны и за окончание битвы под Сталинградом. Нацисты отреагировали поразительно вяло и рядовых демонстрантов не трогали. К 1944 году Гестапо начало обращатся с собственным населением, так как оно это далало в СССР и Франции. Раньше нет. Поэтому неудивительно то, что-бы кто-то оттуда хотел уехать или то, что неемцкие рабочие решили отправить своих родных на оккупированную советскую территорию. Для угнанных или уехавших в Грманию, положение зависело от того, где они были и на кого они работали. Среди немцев были сволочи и были хорошие люди. В деревне и на поле было лучше, чем в городе и на заводе. В Германию свозили не только Русских но и население из Франции, Бельгии, Глландии,других Европейских стран и даже негров из северной африки. У этих людей был статус граждан второго сорта, но их выпускали вечерами гулять, им можно было ходить в кино и по магазинам, но нельзя было сидеть в ресторанах. Они жили дружно собственным обществом, знакомились и встречались друг с другом и с немцами. Одна немка получила два года концлагеря за "Представление иностранцам Германии в плохом свете" за то, что она встречалась с Французким рабочим и рассказала ему анекдот про Гитлера и на неё кто-то настучал. В книге Harvest of Despair пишется много и аккуратно о положении уехавших и угнанных с Украины работать в Германию. Есть и хорошие и плохие воспоминания. Жизнь в Германии в целом не понравилось и молодёжь написала об этом в письмах обратно на Украину. Существовало почтовое сообщение между Германией и оккупиоваными территориями. Немецкая цензура читала всю почту, но у них никто не читал по русски и они пропустили первую волну, после которой большенство уже не хотело ехать. Другой характеристикой положения этих людей было то, что немецкие власти ни проявляли никакой заботы об этих людях. Право ехать пассажирским поездом имели только немцы и казаки, поэтому украинцы должны были ехать обратно порожными товарными вагонами. Был случай, где беременная Украинка возвращалась домой давать роды, она ехала зимой и умерла в тованом вагоне. В другом, противоположном случае, недалеко от Концлагеря Дахау жил старый немецкий пекарь. Эсэсовцы ему дали несовершеннолетнего Советского подростка, которого они захватили при разгроме партизанского отряда. Пекарь решил, что его ему дали на усыновление и взял его к себе в подмастерье. По нацистскому закону, эсэсовцы не имели права казнить несовершеннолетних, и по этому подростка отправили в концлагерь ожидать, когда ему исполнится 16 лет, что-бы его можно было расстрелять, как партизана. Кто-то из администрации лагеря решил его держать за пределами зоны. Когда ему исполнилось 16 лет за ним приехали эсэсовцы в его день рождения. Пекарь сначала пререкался с эсэсовцами, заступаяст за подростка, подростка забрали, потом он поехал в концлагерь пытаясь за него заступится перед администрацией лагеря. Подростка расстреляли, Пекарь провёл весь день с администрацтей лагеря, с ним говорил сам комендант лагеря, Пекарь вернулся домой вечером, в сокрушенном состоянии.

Olga: Николай, про пекаря может быть и правда, но похоже на легенду.) Ну когда гитлеровцев останавливал возраст детей? А в концлагераях разве не сжигали малолеток? Неужели ждали совершеннолетия? Забрали бы и малолетнего партизана в лагерь, а не искали бы ему папашу в лице пекаря.) Уже трудно отличить военные истории от правды, много лет прошло, свидетелей все меньше, да и тех может подвести память.

Nikolai: Ольга, про пеаре не легенда. История с расстрелом подростка всплыла как приимер исполнения немецкого закона об обязательной казни диверсантов "Nacht und Nebel". История с пеаарем опичывается в книге Sarah Helm, Vera Atkins, Life in Secrets и по моиму в истории СС, Order Of the Death's Head. Не спорю, если бы его привезли с этапом Евреев, то его жизнь ничего бы не стоила, но он проходил как диверсант. На деле, насилие эсэсовцев в концлагерях было строго по протоколу, и если пытать или казнить не по правилам, самого эсэсовцы жестоко карали, и личный садизм считали извращением. Палачи должны были увечить на пытках, но если было видно наслаждение, то могли самого посадить в концлагерь как душевнобольного извращенца. С подроском было дело так - В Белоруссии могли расстрелять на месте или делать всё, что угодно. В германии же, лагерные власти обязаны были действовать строго по закону. Диверсантов могли казнить только по приказу из Беолина. Чиновник решающий судьбу подромтка в Дахау мог его посадиь в лагерь или отдать его на сельское хозяйство. Вероятно прявил человечность. В Берлине кто-то должен был подписывать смертный приговор, а казнить несовершеннолетнего может рассматриватся как военное прступление. Поэтому ждали, что-бы можно было казнить легально.

Марина Турсина: Форум закрыт. Посты пишем здесь: http://www.molodguard.ru/forum/index.php



полная версия страницы